– Плохое железо, – сказал я, ни к кому не обращаясь.
Мастер Ар остановился.
– Вы разбираетесь в металле? – спросил он. Голос у него был отрывистый, быстрый.
– Немного. У этого слишком много серы. Видно по цвету на изломе.
Историограф подошёл, взял у меня прут, поднёс к глазам. Его очки съехали на нос, он поправил их рефлекторным движением.
– Интересно. А как определить серу по цвету?
– Жёлтые вкрапления на свежем изломе. Вот здесь. – Я указал на место, где прут был надломлен. – Это делает металл хрупким при ударных нагрузках.
Мастер Ар что-то быстро черкнул в книжке.
– Вы металлург?
– Нет. Я барон с восточной окраины. Но занимался литьём по необходимости.
Историограф поднял взгляд. Что-то в моих словах, видимо, щёлкнуло у него в голове, потому что выражение лица изменилось – от вежливого любопытства к острой заинтересованности.
– Восточная окраина, – повторил он. – Баронство Валье?
– Оно самое.
Мастер Ар снял очки, протёр их полой камзола, надел обратно. Огляделся вокруг, как будто проверяя, не слушает ли кто.
– Мне не показалось? – произнёс он. – Вы тот самый барон Арморн?
– Тот самый.
– Невероятно. – Он сунул прут обратно на прилавок, не обращая внимания на удивлённый взгляд торговца. – Я уже три месяца пытаюсь выяснить подробности о событиях на восточных землях. Ни один источник не даёт внятного описания. Беглые наёмники рассказывают ерунду, официальные донесения противоречат друг другу, а маги, которые там были, судя по всему, не особенно расположены к разговорам. – Он снова черкнул что-то в книжке. – Вы не могли бы уделить мне время для разговора? Прямо сейчас, или когда вам удобно.
– Прямо сейчас удобно, – ответил я.
Мы устроились в небольшой таверне на краю ярмарочной площади. Март остался снаружи и занялся изучением прилавков – не просто так, он умел совмещать слежку за окружением с видом человека, которому интересны пряности. Олаф сел у двери. Мастер Ар, похоже, этого не заметил: когда его что-то захватывало, он переставал замечать многое вокруг.
Я заказал вина. Историограф заказал воду и сухари.
– С чего начать? – спросил он, занося перо над страницей.
– С начала, – ответил я. – Но сначала мне нужно понять, как будет использована эта информация.
– Я пишу хронику, – он сказал это как нечто само собой разумеющееся. – Официальную историю королевства. Это не пасквиль и не донос. Хроника – это запись событий для потомков.
– Вы показываете её королю?
– Каждую неделю, если есть свежие записи. Его величество интересуется историей. – Мастер Ар наклонил голову. – Если вы опасаетесь, что информация попадёт не туда – это не хроника. Хроника попадает везде и никуда одновременно. Это история, а не письмо конкретному адресату.