Но третий выстрел – с усиленным зарядом, который я хотел испытать для увеличения дальности – оказался чрезмерным. Бронза не выдержала давления.
– Ну что, – Бурт подошёл, вытирая руки о передник. – Много работы?
– Много, – ответил я, подбирая один из осколков. Мой дар привычно скользнул по кристаллической структуре бронзы, и я увидел проблему: слишком много олова в сплаве. На уровне микроструктуры бронза была хрупкой – выдерживала два-три цикла нагрева, потом трескалась.
На Земле эту проблему решили столетия назад. Пушечная бронза – девяносто процентов меди, десять олова. Я использовал восемьдесят на двадцать: слишком много олова, слишком твёрдый сплав. Хрупкий.
– Бурт, мне нужно больше меди, – сказал я. – Сильно больше. Следующая отливка будет другого состава.
– Март привезёт послезавтра, – кивнул кузнец. – Он договорился с рудником у Западного перевала. Дорн посодействовал.
Барон Дорн. За два месяца наш союз из формального рукопожатия превратился в работающий механизм. Дорн открыл свои торговые пути для Марта – это удвоило поставки меди и олова. Взамен я передал ему десять аркебуз и отправил Тима на неделю – обучить людей Дорна стрелять. Теперь на западной границе баронства стояли десять крестьян с огнестрельным оружием. Не армия – но сигнал. Любой, кто сунется к Дорну, получит сюрприз.
Барон Кельн, сосед с юга, присоединился к союзу три недели назад. Осторожный, тощий, нервный человек, который всю жизнь прятался от Графа Черро, как мышь от кота. Но когда увидел, что кот арестован и сидит в гостевой комнате моего донжона, – осмелел. Подписал договор, заплатил пять золотых корон за партию из шести стволов. Первый коммерческий заказ.
Три баронства. Маленький, но растущий блок на восточной окраине Аркена. Март уже называл нас «Восточным союзом» – с большой буквы, как полагается торговому бренду.
Вторая пушка получилась лучше.
Я изменил состав: девяносто два процента меди, восемь олова. Отливал лично – не ствол целиком, а двумя половинами, которые потом соединял даром, создавая монолитный шов на молекулярном уровне. Стенки толще, казённая часть усилена бронзовым кольцом. Эфиритовая вставка – не одна полоска, а три, расположенные равномерно по окружности запального отверстия.
Три вставки означали тройную стабилизацию. Порох горел ровнее, давление нарастало плавнее, нагрузка на ствол распределялась равномерней.
Мы испытали её на рассвете третьего дня. На этот раз я подготовил настоящий полигон: земляной вал для стрельбы, каменный забор для наблюдателей, красные флажки – зона опасности. На Земле я привык к протоколам безопасности. Здесь пришлось изобретать их заново.