Я взял только костяную метку и первую полосу.
– Смотри.
Нель посмотрел. Сначала на метку. Потом на полосу. На чёрную каплю воска он не взглянул сразу. Вот это и выдало его сильнее слов.
Он знал, что там.
– Мастер резал? – спросил я.
– Мастеров много.
– Мор платил тоже многим.
У Неля дёрнулся палец. Один раз. Большой палец правой руки пошёл к ногтю, где у него сидела тёмная смола, но верёвка остановила движение.
Крис видел. Грейв видел. Вейн записал, хотя я не диктовал.
– Мор мёртв, – сказал Нель.
– Он жив в Вальтергейме.
– Это для вас жив.
Грейв чуть повернул голову.
– Для кого он мёртв?
Нель усмехнулся, но плохо. Без силы.
– Для тех, кто берёт серебро за работу. Старый господин больше не платит. Другие платят.
– Тарен?
– Иногда.
– Дайн?
Нель поднял глаза. В них не было испуга. Был расчёт, не очень умный, но упрямый.
– Маги всегда платят не сами.
Виг сделал шаг, и доска под сапогом хрустнула. Я поднял руку. Не к Нелю. К Вигу.
– Кто мастер?
Пленный закрыл рот.
– Имя, – сказал Грейв.
Нель молчал.
Крис взял со стола вторую полосу и положил рядом, но не развернул.
– Ты знаешь, что это?
Нель смотрел на край пергамента. Долго. Потом сказал:
– Старые долги.
– Мора?
– Всех.
Больше он не дал. Крис мог бы вытащить ещё. Не быстро и грязно, а терпеливо, словом за словом. Грейв снова запретил. Пока нам хватало того, что Нель уже выдал эмоциями.
Когда его увели, я сел на ящик и только тогда почувствовал, как устали ноги. Ночь была короткой, день мокрым, а старые бумаги пахли так, как пахнет работа, которую не доделали и спрятали под замок.
– Пишем Крейн, – сказал Грейв.
Вейн уже достал чистый лист.
– Что именно?
Грейв посмотрел на меня.
Я взял третью полосу. Вальтергейм. Валлен. Речной пост. Порядок.
– Пусть поднимет все гильдейские запросы по делу Мора за последние месяцы. Кто просил доступ к копиям. Кто спрашивал про ртуть, малые трубы и валленские мастерские. Дайна не обвинять. Пока.
– Пока? – спросил Вейн.
– Пока у нас следы, а не доказательства.
Грейв одобрил коротким кивком.
– Второе письмо в Валье. Лору. Пусть просит у Велля полную копию протокола Черро по Валлену. Не через общий архив. Через казначейский стол. И пусть передаст: суд короля услышит того, кто первым покажет дорогу к деньгам Мора.
Вейн писал быстро. Песок на столе намок, и он посыпал лист золой из маленькой жестянки. Чернила схватились серыми крупинками.
– А фронт? – спросил он.
Снаружи крикнули у воды. Не тревожно. Люди тянули бревно к нижнему колышку, течение сорвало вчерашнюю привязь.
Грейв выглянул из палатки.
– Фронт стоит.
Я посмотрел на бумаги Мора. Старый герцог сидел в Вальтергейме, без маршальского звания, с обрезанными дорогами и королевскими глазами на воротах. Но его деньги, его литейные люди, его валленские метки и его привычка платить через третьи руки всё ещё ходили по стране.