– Багры! – крикнул Вейн.
Третий ряд пошёл вперёд на коленях и полусогнутых ногах. Строй ломался, зато работал. Люди тащили доски перед собой как переносные щиты. Болты били по доскам, один вошёл в край и прошил ладонь солдату, который держал щит слишком близко. Тот зашипел, но доску не бросил. Сосед перехватил край, как учили вчера.
Крис уже был у воды. Он не лез в геройство. Он стоял за доской и бил багром по чужому настилу, не давая ему лечь на наш мелкий ход. Виг рядом держал верёвку, обмотав её вокруг пояса. Двое из третьего ряда тянули назад чужую доску, ещё трое держали их за ремни.
Течение рвало всё из рук. Вода доходила до бёдер и сразу забирала тепло. Один солдат сорвался, упал на бок, хлебнул и замолотил руками. Рыжий сотник прыгнул за ним без приказа. Плохое решение. Смелое и плохое. Его самого повело вниз.
– Верёвку! – рявкнул Вейн.
Третий ряд сработал раньше, чем я успел испугаться. Двое бросили конец, Виг поймал, пропустил верёвку через пояс и упёрся. Крис багром подцепил рыжего за ремень, не за руку, и дёрнул к берегу. Рыжий ударился коленом о камень, выругался уже живым голосом. Солдата, за которым он полез, вытащили следом. Тот кашлял водой и грязью.
Грейв смотрел на это и явно запоминал, кого потом ругать первым.
На том берегу маг попробовал закрыть отход. Дым лег плотнее, огонь у воды погас, и сразу стало темнее. Сольд вытянул руку, но не бил. Он только слушал дар, как человек слушает дверь в соседней комнате.
– Маг устал, – сказал он. – Держит дым и людей сразу. Сейчас бросит одно.
– Что? – спросил Грейв.
Сольд не ответил. В тумане щёлкнули арбалеты. Один болт прошёл между мной и Вейном, ударил в ящик с песком. Другой попал в ящик с запасными клиньями у батареи. Клинья рассыпались в грязь, двое из расчёта рванулись к ним, и лафет второй пушки остался без рук у правого колеса.
Вот куда они били. Не по стволам. По людям вокруг стволов.
– К батарее! – сказал Грейв.
Вейн кивнул Фольку, и тот вывел туда пятерых из второго ряда, без ружей. Они побежали с клиньями и ведром песка. Сейчас нужны были не стрелки, а рабочие руки. Клинья собрали, лафет удержали.
Раст не стрелял. Он ждал. И дождался.
Маг вышел не сам. Его вынесли два человека, один почти на себе. Он держал дым слишком долго, и ноги его плохо слушались. На миг между серыми пятнами открылась голова без шлема и белая рука у груди. Сто сорок шагов. Может, сто пятьдесят. Влажный туман, дрожащий край, чужие спины.
– Вижу, – сказал Раст.
Я не стал считать за него.
– Бей.
Выстрел ударил. Маг не спрятался: у него подломились колени. Двое, тащившие его, бросили тело или раненого, не знаю, и ушли в туман. Дым сразу расползся выше, потерял край. Ветер с реки подхватил его и потянул к воде.