Начальник батареи не ждал второй фразы. Он ушёл к расчётам.
Раст лежал у бугра, почти невидимый под серым плащом. Рядом Грит держал свой ствол сухим под кожей. Брен сидел ниже и слушал, как слушают охотники. У всех троих руки были закрыты от сырости. В такую погоду колпачок требовал сухих пальцев: один мокрый палец мог испортить выстрел.
– Если маг выйдет? – спросил Раст.
– Только если увидишь человека, а не пятно.
– Понял.
Первое ядро ударило ниже, чем хотелось. В тумане вспухла грязная вода, потом пришёл глухой звук дерева, которое ломается не сразу, а с треском по волокну. Второе ядро попало в камень. Осколки ударили по воде, кто-то на той стороне крикнул. Не громко. Сдержанно. Хорошо обученный человек кричит коротко.
Сразу после пушек туман впереди ожил. Не рассеялся. В нём пошли тёмные пятна. Щиты, люди, связки хвороста. Они не бежали к нам. Они падали, вставали, тащили настил назад или вперёд, я не видел. Видел только движение там, где не должно быть движения.
Рыжий сотник поднял руку, но не крикнул. Посмотрел на Вейна.
Вейн сказал:
– Первый ряд ждёт. Второй ряд держит патрон. Третий ряд к баграм.
Болт пришёл из тумана и ударил в низкую вешку перед нами. Дерево дрогнуло. Второй болт прошёл над головой стрелка, который успел пригнуться, потому что Фольк стукнул его по затылку ладонью.
– Не отвечать, – сказал Фольк. – Не показывайте, где вы.
Из воды вылез человек. Не полностью. Сначала руки на грязи, потом голова в мокром капюшоне. Он был ближе, чем я ждал, шагов семьдесят, не больше. За поясом у него висел моток серой верёвки. На спине – короткая доска с двумя железными крюками.
Первый ряд не увидел его весь. Раст увидел.
Выстрел капсюльного ствола в тумане прозвучал сухо и почти буднично. Человек у воды дёрнулся, сел на грязь и завалился боком. Верёвка осталась на нём.
– Один, – сказал Грит, не для похвалы, а для счёта.
Ответ пришёл не стрелами, а даром.
У самой воды вспыхнула мокрая трава. Огонь был плохой, жёлтый, чадящий, но на миг он выхватил из тумана линию: шесть или семь человек в воде по пояс, двое держат низкий щит над головами, ещё трое толкают связку досок, за ними торчит шест с костяной биркой. Маг стоял дальше, его закрывал дым и чужие спины.
– Сейчас! – сказал Грейв.
Кремнёвые ударили неровно. В тумане и сырости половина замков щёлкнула впустую или дала поздний огонь. Но те, что ударили, били не в мага. В доски, в руки, в людей у верёвки. Один щит провалился в воду. Второй развернуло. Человек с шестом отпустил его и схватился за лицо.
Брен выстрелил следом за Растом, когда один из сапёров поднял крюк к нашему береговому колу. Пуля попала в крюк или в руку, я не понял. Крюк ушёл вниз, сапёр согнулся, и течение повернуло его боком.