Он был прав. Я мешал потоку так же, как раньше мешал Валье, когда стоял над каждым тиглем и каждым резцом. Поток не должен был ждать меня.
Последним я написал Лору. Не длинно. Длинные письма читают тогда, когда есть время, а у него его не будет.
Лор, с этой минуты Валье-арсенал держишь ты. Олаф держит двор и шахту. Бурт держит стальную линию до чистого канала и нарезки. Серт держит бронзу и тигли. Зира не форсировать. Три подхода в день – предел, если руки ровные; дрожь – остановка, даже если Грейв требует стволы. Стальной ствол без медного переходного слоя и впаянной эфиритовой вставки не считать стволом, как бы ровно ни прошёл канал. Это будет труба, а не оружие Валье. Всё, что Бурт доведёт без меня, складывать как полуготовое и держать до моего возвращения. Эфиритовую присадку в порохе держать только как последний резерв для бронзового гладкого коронного стандарта, когда иначе люди останутся без выстрела. В поток её не пускать, на учёбу не тратить, с вальескими стволами не смешивать и Расту в дальнюю линию не выдавать. Эверту искать тяжёлую красную руду и любые старые записи о ртутном камне. Марту – искать ртуть по всем каналам. Если сомневаешься между темпом и живым человеком, выбирай живого. Мёртвые темпа не держат.
Я перечитал. Вычеркнул одно лишнее предложение. Поставил печать.
Вопрос с эфиритом письмо не решало. Оно только запрещало считать трубу оружием раньше времени. Раньше я впаивал вставку сам: паз, медь, тонкая полоска эфирита, даром снять лишний жар со стали и не дать шву вспухнуть. Сталь терпела хуже бронзы. Без медного перехода эфирит не брался чисто, а лишний жар оставлял не шов, а будущую трещину. Бурт видел канал и резец, Зир чувствовал металл, старик Крейн умел держать печь, но ни один из них ещё не мог впаивать эфирит. Пока ответа не было. Были только полуготовые железные трубы, даже если канал ровный и нарезы чистые.
Виг ждал у ворот пушечного крыла Оружейного двора с моей лошадью. Крис уже сидел в седле, кутаясь в серый плащ. Раст стоял рядом с тремя стрелками: Гритом, Бреном и Фольком. У всех за спинами были чехлы, у Раста, Грита и Брена ещё по капсюльному стволу в отдельных кожаных трубах. Это были уже готовые вальеские стволы, не новые коронные полуфабрикаты. Фольк вёз кремнёвый из старой проверенной партии, один из тех, что не стыдно дать человеку в первой линии. Колпачки ехали у Раста на поясе, в промасленной коробке, и в двух малых ящиках у обозного старшины, которого я выбрал сам и которому объяснил, что потерянный ящик стоит не серебра, а того мага, которого потом придётся брать грудью. Отдельно, в железном сундуке под рукой Вига, ехали запасные кремни, медная проволока, тонкий инструмент и две малые оправки для ремонта.