Грит взял ствол. Зарядил. Руки уверенные, но движения чуть медленнее, чем нужно. Он привыкал к весу. Стальной нарезной тяжелее бронзового кремнёвого почти на треть, и баланс другой.
– Не прижимай приклад к ключице, – сказал Раст. – Ниже. К плечу. Если прижмёшь высоко, при откате дёрнет шею.
Грит поправил.
– Дыши. Выдох. Спуск на паузе.
Грит выстрелил. Грохот ушёл через двор к лесу. Тим на плацу даже не обернулся. Привыкли.
Раст прищурился.
– На ладонь правее. Но выше вчерашнего. Ты давишь пальцем, а не тянешь. Плавнее.
Грит зарядил снова. Я стоял в стороне и не вмешивался. Раст учил лучше, чем я мог бы. Он не объяснял физику спуска, не говорил про механику удара и опережение. Он говорил телом. «Ниже. Плавнее. Не дыши. Вот так.» Грит слушал, потому что видел, как Раст попадает на пятистах шагах.
Второй выстрел. Ближе к центру.
Третий. Раст не пошёл к мишени. Посмотрел из-под руки.
– Чуть левее центра. На два пальца. Для первого дня нормально.
Три капсюля. Грит отстрелял их за четыре минуты. Быстрее, чем вчера. Он начинал привыкать к ритму: зарядка, подъём, выдох, спуск. Без лишних движений. Без суеты.
Я забрал ствол.
– Грит. Завтра то же время. Три капсюля. Послезавтра три. Потом я посмотрю.
– Понял.
Раст остался на стрельбище. Его очередь. Пять капсюлей, четыреста шагов. Я ушёл, но ещё слышал первый выстрел за спиной.
Олаф перехватил меня у кузни.
– Дан готов.
Я остановился. Утро было занято слитком и Гритом, и я чуть не забыл. Дан. Тропа.
– Где он?
– У колодца. Ждёт.
Мы пошли вместе. Дан стоял у колодца в рабочей куртке, без шапки. Невысокий, худой, с тёмными кругами под глазами. Он плохо спал последние дни. Не от страха. От неуверенности. Он до сих пор не понимал, зачем его держат в Валье. Литейщик без литейки. Подмастерье без мастера.
– Дан. Пройди по тропе за забором. От казармы до ручья и обратно. Как будто проверяешь, не размыло ли сток после дождей. Никуда не сворачивай. Если встретишь кого-то, поздоровайся и иди дальше. Когда вернёшься, скажи мне одно: видел ли ты забор баронства с тропы. Весь или часть. И видел ли кого-нибудь у забора.
Дан моргнул.
– Барон. Я просто пройду?
– Просто пройдёшь. Не торопись. Десять минут туда, десять обратно.
Дан посмотрел на Олафа. Олаф смотрел мимо него, на ворота. Дан кивнул и пошёл.
Я подождал, пока он вышел за ворота. Потом повернулся к Олафу.
– Фольк?
– На месте. С рассвета. Функ ещё не выходил.
– Хорошо. Иди к делам. Я буду в шахте.
В шахте было холоднее, чем вчера.
Я спустился один, с фонарём. Основной штрек встретил сыростью и знакомым свечением эфирита. Капли стучали по камню где-то впереди, гулко, как в пустой бочке.