Я не нашёл, что ответить. Просто кивнул и вернулся к работе.
К исходу месяца баронство Валье было неузнаваемо.
Я стоял на вершине холма и смотрел на то, что мы построили. Система траншей с деревянными настилами и мокрыми шкурами. Двенадцать фугасов на подходах. Тридцать аркебуз, из которых десять – с кремнёвыми замками. Двадцать стрелков, способных дать прицельный залп на тридцать шагов. Четверо арбалетчиков для прикрытия перезарядки. Запас пороха на двести выстрелов. Запас пуль – на триста.
Рядом со мной стояли Олаф, Бурт, Тим и Крис. Мой ближний круг. Мой штаб.
– Итого, – я перечислял, загибая пальцы. – Двадцать стрелков в основной траншее. Четверо арбалетчиков на флангах. Олаф командует левым крылом, Крис – правым. Тим – резерв, пять человек с перезаряженными стволами, которые заменяют выбывших. Бурт – тыл, боеприпасы, подвоз пороха.
– А вы, господин? – спросил Крис.
– Я – где понадобится. И у меня есть кое-что для особых случаев.
Я достал из-за пояса предмет, над которым работал последние три ночи. Он выглядел как короткая толстая трубка с деревянной рукоятью – почти как укороченный пистоль. Но внутри ствола вместо одного канала было четыре, высверленных параллельно. Четыре заряда, четыре запальных отверстия, четыре кремнёвых замка – спаренных попарно на двух спусковых крючках.
Четырёхствольный пистолет. Два выстрела по два ствола. Четыре пули за три секунды. Без перезарядки.
– Что это? – Бурт уставился на оружие с выражением человека, который только что увидел, как его собственное дитя выросло и стало чудовищем.
– Страховка, – ответил я. – На случай, если маг прорвётся к нашим позициям. Четыре пули в грудь с пяти шагов – это то, от чего щит может и не спасти.
Я убрал пистолет обратно за пояс.
– Завтра, – сказал я. – Завтра истекает месяц, который дал нам Ренард. Может, они придут через день. Может, через неделю. Может – через час. Но они придут. Шесть магов и бог знает сколько мечников.
Я обвёл их взглядом.
– Вы готовы?
Олаф ответил первым.
– Двадцать лет ждал этого.
Крис кивнул – молча, по-военному.
Тим сжал челюсти.
– Готов, господин.
Бурт посмотрел на свои огромные, закопчённые руки. Потом – на тридцать стволов, аккуратно разложенных в оружейном сарае. Потом – на меня.
– Я не просто готов, – сказал он. – Я это всё сделал. Каждый ствол. Каждую форму. Каждую пулю. Если они думают, что придут и заберут то, что мы построили, – пусть попробуют.
Я кивнул. Больше слов не требовалось.
Мы спустились с холма. Солнце садилось за горизонт, окрашивая небо в багровый цвет. На дороге от Серого Брода было пусто. Пока.