– А Крис?
– Крис в Серой Броде. Собирает показания по тракту. По Росту новых следов нет. По Валлену тоже тихо. Мастерская Гальта закрыта, сам Гальт не появлялся. Крис говорит: либо Рост ушёл далеко на запад, либо сидит так тихо, что мы его не слышим.
Я кивнул. Второе было хуже первого. Рост, которого не слышно, опаснее Роста, который двигается.
– Третье. На тракте между Серой Бродой и столицей спокойно. Два дня назад прошёл коронный конвой на юг, шесть подвод, десять солдат. Обычное дело. Март порылся в кармане плаща. Достал записку. – От Олафа. Вчера вечером.
Я взял записку. Знакомый почерк, крупный, неровный. Олаф писал как говорил: коротко.
«Барон. Всё по местам. Бурт на восьмом. Зир и Серт сделали слиток к вечеру, как сказали. Раст начал кремнёвую неделю. Тим с дворовой охраной на занятиях. Функ при Хорсте, без происшествий. У ручья пусто. Вода в штреке тянется медленно, Эверт держит. О.»
Я сложил записку и убрал в нагрудный карман, к письмам.
«У ручья пусто». Это могло означать, что связной не приходил. Или что связной приходил, но Иг с башни его не увидел. Или что связной прошёл другим путём, не через ручей.
– Март. Сколько дней до Аркенбурга?
– Отсюда четыре, если без задержек. Три, если гнать, но гнать не нужно: подвода заметнее верховых. Мы пойдём обычным темпом, с ночёвками на постоялых дворах, с расспросами о ценах на зерно. Как торговец, который никуда не торопится.
– Четыре дня.
Март кивнул.
– Четыре дня, и вы на Суконной улице. Дом вдовы Хинт стоит, я оплатил до конца месяца. Комнаты наверху, две, одна для вас, вторая для Вига. Фриц дальше Суконной не пойдёт, расчёт по приезде.
Я подумал. Четыре дня в подводе с рогожей и мулами. Потом Суконная улица. Потом казначей Велль, потом Берт, потом Вейн. Десять страниц, три подписи, место для коронной печати. Я прикинул, сколько дней уйдёт на каждую встречу. Велль принимает быстро, если документ подготовлен. Берт задаёт вопросы, но не тянет. Вейн приезжает, когда ему говорят, и подписывает, если текст устраивает.
Неделя. Если всё пойдёт ровно, неделю. Если не ровно, две. Если совсем плохо, три, и тогда Олаф начнёт считать недели по тому протоколу, который мы обговорили.
– Март. Мастер Ар в городе?
– Был три дня назад. Я проверил через прачку, она видела его во дворце на прошлой неделе.
– Хорошо. Мне нужно к нему до казначея. Не для встречи с королём. Для того, чтобы он знал, что я приехал, и передал кому нужно.
Март кивнул. Он не спрашивал зачем. Март никогда не спрашивал зачем, если я говорил «мне нужно». Он спрашивал «когда» и «через кого». Это было одно из его лучших качеств.