– Разумно. Спасибо, барон.
– Благодарить не за что. Спасибо вам. Мои люди видели, что случилось с теми, кто пришёл нас убить. Теперь они не боятся. Это стоит больше любого золота.
Он пожал мне руку и ушёл к своим.
Кельн подошёл следом. Бледный, с кругами под глазами.
– Барон. Я никогда не видел столько мертвецов.
– Надеюсь, больше не увидите.
– Надеюсь. – Он помялся. – Мои люди. Четверо хотят остаться. Хотят учиться стрелять лучше. Если позволите.
– Позволю. Тим их примет. Через неделю поедут обратно.
– Спасибо. – Кельн протянул руку. Рукопожатие было влажным. Человек, который привёл своих людей на войну и впервые увидел, что война означает.
Я не стал говорить ему, что это было лёгкое сражение. Что настоящая война ещё впереди. Что Мор не остановится после одного поражения. Кельн узнает это сам. Когда придёт время.
К вечеру тридцать третьего дня формировался обоз.
Генц собирался в дорогу. Поручик был молод, подтянут и молчалив. Четыре запечатанных пакета он разложил в три точки: один во внутреннем кармане камзола, два в седельных сумках по разным сторонам, четвёртый в сапоге, за голенищем.
– Маршрут, – сказал я ему. – Западный тракт. Серая Брода: не останавливаться, проехать насквозь. Ночевать у мельника за южной околицей, Март указал дом. Второй день: перевал. Третий: равнина, до полустанка. Четвёртый-пятый: столица. Два человека Дорна с вами, вооружены.
– Понял, барон. Пакеты Вейну и Веллю лично в руки. Письмо Крейн через канал Ренарда.
– И одно ещё, – сказал Лор, подойдя. – Генц. Устно. Вейну передайте: я остаюсь в баронстве до получения дополнительных указаний.
Генц посмотрел на капитана. Лор смотрел ровно.
– Мой срок обучения истёк два дня назад. Уехать через территорию, по которой разбежались наёмники, я не могу без риска для людей и для документов. Остаюсь до стабилизации обстановки.
– Так и передам, капитан.
Генц козырнул и вышел. Двое Дорна ждали у ворот, верхом, с аркебузами за спиной.
Я повернулся к Лору.
– Спасибо.
– Не благодарите. Это не жест. Это расчёт. Мои люди Виг, Хоук, Далль и Михт обслуживают два пушечных расчёта. Без них вы потеряете половину артиллерии. Раст стал лучшим стрелком, которого я видел за четырнадцать лет службы. Увозить его на полпути значило бы вредить проекту, который я сам рекомендовал короне.
– Вейн поймёт?
– Вейн поймёт. Вейн старый солдат. Он знает, что офицер, который бросает позицию ради формальности, не стоит своего жалованья.
Лор ушёл. Я остался у ворот.
Обоз тронулся. Генц впереди, двое Дорна по бокам. Лошади шли ровно. Пыль поднялась и осела. Через минуту они скрылись за поворотом.