Теория была простой. Практика требовала точности, которой я пока не проверял.
Я достал из ящика стола чистый лист. Перо, чернила. Начал чертить.
Сечение ствола: круг. Внутренний диаметр: три четверти дюйма, как у текущих аркебуз. Четыре нареза, глубиной в двадцатую часть линии. Шаг нарезки: полный оборот за тридцать дюймов длины ствола. Это давало пуле достаточную угловую скорость для стабилизации, но не создавало избыточного трения.
Пуля: конус с цилиндрическим основанием. Длина в два калибра. Полость сзади, глубиной в треть длины пули. При выстреле пороховые газы входят в полость, расширяют юбку, юбка врезается в нарезы, пуля получает вращение.
Я рисовал долго. Стемнело, и я зажёг свечу. Чертёж занял два листа: общий вид, сечение ствола с нарезами, профиль пули, развёртка нарезов. Внизу записал расчёты: начальная скорость пули, скорость вращения, предполагаемый эффективный радиус стрельбы.
Триста шагов. Это было консервативной оценкой. На Земле штуцеры с похожими параметрами били на четыреста и дальше.
Триста шагов. Втрое дальше, чем мог достать любой боевой маг заклинанием. В пять раз дальше, чем мог поставить щит даже сильный щитовик. Стрелок с нарезной аркебузой мог убить мага, которого маг даже не видел.
Я отложил перо и потёр глаза. Свеча догорала, за окном была темнота.
Это был чертёж. Не оружие. До оружия нужно было пройти путь, который на Земле занял двести лет, от первых опытов с витыми канавками в XVI веке до пули Минье в 1849-м. Мне нужно было пройти этот путь за недели.
Но я знал, куда идти. Это была разница между слепым поиском и инженерной задачей.
Эверт приехал через два дня.
Март привёз его на телеге утром, вместе с мешком вещей и деревянным ящиком, обмотанным тряпками. Эверт оказался худым, жилистым мужчиной с тёмным от загара лицом и спокойными серыми глазами. Левая рука висела вдоль тела, три пальца, средний, безымянный и мизинец, были скрючены внутрь, к ладони, и не разгибались. Пожатие правой было крепким, сухим.
– Барон ди Валье? – Он посмотрел на меня без подобострастия и без вызова. Просто посмотрел, оценивая.
– Арморн, – сказал я. – Пойдёмте, покажу шахту.
– Прямо сейчас?
– А зачем ждать?
Он хмыкнул. Одобрительно.
Мы спустились к шахтному двору. Эверт остановился у входа и осмотрел крепление. Потрогал стойку, постучал по перемычке костяшками здоровой руки.
– Дуб?
– Дуб, – подтвердил я.
– Хорошо. Стойки поставлены правильно, шаг нормальный. Кто ставил?
– Мои люди. По моим указаниям.
– Вы горный инженер?
– Нет. Я оружейник. Горное дело знаю поверхностно.