– Слушайте меня внимательно, – я вышел вперед. Мой голос разнесся над двором, и крестьяне вытянулись по струнке. Они привыкли подчиняться барону, но сейчас они смотрели на меня не как на господина, а как на сумасшедшего колдуна, который ковырялся в навозе, а теперь выдал им странные дубинки.
– То, что лежит перед вами, называется аркебуза, – я взял одно из ружей в руки, ощущая его приятную тяжесть. – Это не магия. Это физика и механика. Инструмент. Такой же, как плуг или топор.
Один из парней, кучерявый Тим, нервно сглотнул.
– Господин... мы же против магов пойдем? Олаф сказал, сам граф Черро прислал аттестованных... Они нас сожгут, господин. Человек супротив мага – что сухая ветка против костра.
Я мысленно вздохнул. Страх. Глубокий, вбитый поколениями животный ужас перед теми, кто мог щелчком пальцев вызвать огонь. С этим страхом мне предстояло бороться в первую очередь.
– Маги истекают кровью точно так же, как и мы с вами, Тим, – спокойно ответил я. – У них нет железной кожи. Их кости ломаются. Если им пробить голову, они умирают.
Я подошел к столу, взял заранее отмеренную деревянную мерку с черным порошком маго-пороха.
– Смотрите и запоминайте. Жизнь каждого из вас теперь зависит от того, насколько точно вы повторите то, что я сейчас покажу.
Я начал демонстрацию. Медленно, с комментариями.
– Засыпаем порох в ствол. Вот так. Не просыпаем мимо. Берем шомпол... Бурт, покажи шомпол.
Бурт, уже знакомый с процедурой, гордо поднял деревянную палочку с металлическим наконечником.
– Пыж. Кусок льняной тряпки. Забиваем его внутрь. Плотно, но без фанатизма, чтобы не сплющить порох в камень. Затем – пуля.
Я поднял свинцовый шарик. Мы отлили их около сотни, переплавив старые наконечники стрел и обрезки свинцовых труб из подвалов усадьбы.
– Пуля катится по стволу. Сверху еще один пыж, чтобы она не выкатилась, если вы опустите ствол вниз. Прибиваем шомполом. Теперь – полка. Насыпаем немного пороха сюда, к запальному отверстию.
Я поднял тлеющий фитиль – кусок веревки, пропитанный селитрой.
– Это – ваша смерть для врага.
Я повернулся к мишени. Олаф соорудил ее из двух старых рыцарских кирас, надетых на толстое бревно, метрах в сорока от нас. Между кирасами и бревном мы проложили мешок с песком – имитация плоти и поддоспешника. Местные доспехи были хороши против стрел и мечей. Но против физики они были бессильны.
Я прижал приклад к плечу. У самодельных лож была плохая эргономика, отдача обещала быть болезненной.
– Упор в плечо. Крепко. Иначе вывихнет сустав. Целиться вот по этой мушке на стволе.