– Если выстоим, мы оба будем должны людям, которые стояли с нами.
Ночь на тридцать первый день я не спал.
Оставались мелочи, которые решают всё.
Пять нарезных аркебуз лежали на столе, рядом патронташи с коническими пулями. Двадцать пуль на ствол. Сто выстрелов. Достаточно, если не промажешь.
Раст пришёл забрать свой ствол в полночь. Тихий, собранный.
– Барон.
– Раст. Западный фланг, кустарник у оврага. Грит с тобой. Ты старший.
– Понял.
– Не стреляй, пока маги не начнут работать. В этот момент щиты опущены.
– На какой дистанции они будут стоять?
– Триста пятьдесят, может четыреста.
Раст обдумал.
– Четыреста. За две недели я довёл до семи из десяти.
– Одна пуля, один маг.
– Да, барон. Одна пуля.
Он забрал аркебузу и ушёл. Я смотрел ему вслед. Худощавый солдат с оружием, которого в этом мире не существовало до прошлого месяца. Маг не почувствует угрозы. Маг не увидит стрелка. Маг услышит выстрел уже после того, как пуля пробьёт тело.
Четыреста шагов. Дистанция, на которой тысячелетняя магократия превращалась в мишень.
Бурт поднялся ко мне перед рассветом.
– Картечь набита. Тридцать шесть зарядов на три пушки. Ядра рядом, восемнадцать штук.
– Бурт. Ты на задней траншее. Подноска боеприпасов, ремонт. Не лезь вперёд. Ты нужен живым. Если я погибну, ты единственный, кто может делать стволы.
Бурт молчал. Большие руки сжались и разжались.
– Вы не погибнете, барон.
– Не планирую. Но план и жизнь не всегда совпадают. Иди. Поспи хоть час.
Он ушёл. Я остался.
За окном начинало сереть. Последний час темноты. Часовой у траншеи менялся: силуэт на гребне холма качнулся и сошёл вниз, другой занял место. Штатная смена. Система работала.
Я взял свою нарезную аркебузу. Проверил замок. Кремень сидел крепко, огниво чистое. Порох сухой. Двадцать конических пуль в патронташе. Пятый ствол. Резервный.
На «Прометее» главный инженер не выходил на полигон с оружием. Он стоял за стеклом пункта управления и смотрел на показания приборов. Здесь пункта управления не было. Был холм, траншея и люди, которые смотрели на тебя и ждали, что ты скажешь: «Огонь».
Рассвет тридцать первого дня.
Мы заняли позицию до восхода. Тихо, в тумане, который полз с восточного склона и обтекал вершину.
Двадцать стрелков Лора в передней траншее. Пушки на площадках, укреплённых камнем: два орудия слева, одно справа. Виг у левой пары, спокойный, с кожаной сумкой запалов. Крис у правой, проверяющий угол наводки. Резерв Дорна за гребнем: девятнадцать человек, включая мечников Кельна.
Я поднялся на вершину. Олаф рядом. Нарезная аркебуза за спиной, подзорная труба в руке.