– Две, – повторил Крис. – И четырнадцать аркебузных стволов, которые Хорст отлил, пока вас не было. Тим расскажет подробнее.
Четырнадцать стволов за пять недель. Это было больше, чем я ожидал.
Бурт слез с телеги и осмотрелся с тем выражением, с которым хозяин осматривает дом после отъезда: всё ли на месте, ничего ли не сломано. Серт стоял рядом и смотрел в сторону литейного участка, прислушиваясь.
– Печь работает, – произнёс Серт.
– Откуда вы знаете? – спросил Крис.
– Слышу тягу. Она загружена, горит на среднем режиме. Литейщик толковый, если умеет держать ровный режим без присмотра мастера.
– Хорст, – сказал Крис. – Он последние три недели работает по графику, который оставил Бурт. Утренняя плавка, дневная заливка, вечерняя зачистка.
Бурт хмыкнул. Довольно.
– Пойду посмотрю.
Он пошёл к литейному участку, не дожидаясь разрешения. Я не стал его задерживать. Бурт лучше всего понимал состояние дел, когда видел печь, формы и металл своими глазами.
Серт посмотрел ему вслед, потом повернулся ко мне.
– Я пойду с ним. Хочу увидеть, где ставить вторую.
– Идите.
Они ушли. Олаф спешился, передал лошадь конюху и встал рядом со мной.
– Пять недель, – сказал он. – Крыша целая, люди живые, ворота на месте. Неплохо.
– Неплохо, – согласился я. – Пойдём к Тиму.
Тим ждал в кабинете.
Кабинет не изменился: стол, два табурета, полки с расходниками и образцами, узкое окно на восток, выходящее на шахтный двор. На столе лежал отчёт. Четыре листа, исписанных аккуратным, чуть угловатым почерком Тима. Он научился писать только в этом году, под моим руководством, и буквы у него до сих пор были похожи на чертёжные обозначения: прямые линии, чёткие углы, никаких завитков.
Тим встал, когда я вошёл. Он стал выше за эти пять недель. Нет, конечно, не стал. Просто стоял иначе. Плечи развёрнуты, подбородок чуть приподнят. Не высокомерие. Уверенность человека, который справился.
– Барон. – Он положил руку на отчёт. – Всё здесь. Но если хотите, могу доложить устно.
– Устно. Потом прочитаю.
Он кивнул и начал. Без вступлений, по пунктам, в том порядке, который я указал в письме.
– Запасы пороха: двадцать два заряда для аркебуз, четыре заряда для пушки. Расход за пять недель: шесть аркебузных зарядов на учебные стрельбы. Я проводил три занятия с новыми стрелками. Четверо прошли начальный курс, двое показывают хорошие результаты.
– Имена?
– Грит и Фольк. Грит попадает в щит на ста шагах восемь из десяти. Фольк медленнее, но перезаряжает чище.
– Хорошо. Дальше.
– Готовые стволы: четырнадцать аркебузных, без эфиритовых вставок. Хорст отлил их по регламенту, который оставил Бурт. Я проверял каждый визуально и простукиванием. Два забраковал: раковины в канале. Хорст перелил оба. Итого: четырнадцать годных, два перелитых в работе.