Но на деле оказывается, что даже воля королевы здесь не более чем пустой звук.
«К сожалению, я поняла, что меня травят только тогда, когда уже сутками не могла встать с постели, — Аэлин сжала мои пальцы сильнее обычного. — Сначала я списывала всё на слабость, усталость, недосып… А потом стало поздно. Слишком. Аксель где-то раздобыл артефакт подчинения и… надел на меня поводок».
Некоторое время мы все молчали, каждый погружённый в свои мысли.
Наверное, любой другой на моём месте осудил бы королеву. Сказал бы, что если боги призвали её в этот мир, значит, она должна была обязательно со всем справиться. Выстоять. Отстоять своё.
Не позволить Тиндроссу отнять власть и отвернуть целый народ от неё.
Не позволить Акселю накинуть на себя невидимые оковы.
Не позволить советникам строить козни за её спиной.
Не позволить никому издеваться над своей дочерью.
Наверное, так было бы проще.
Осудить всегда проще, чем признать: ни одна одинокая душа, случайно заброшенная сюда из совершенно другого измерения, не может противостоять целому миру. Особенно, если этот мир чертовски слаженно работает против неё.
Но я слишком хорошо понимала Аэлин.
Я сама оказалась в ситуации, слишком похожей на её.
Только мне повезло куда больше.
Со мной Скай, Аркадий, Касс и Моркарис.
А у неё не было никого.
Ни любимых королей.
Ни верных союзников.
Ни тех, кто бы смог её защитить.
А затем у неё отняли и королевство.
И дочь.
У неё отняли всё.
«Пора тебе познакомиться с собственным отцом, — вдруг произнесла тогда королева, и я почувствовала, как у меня резко вспотели ладони».
Вот и всё…
Последняя тайна была вынесена на свет.
Глава 103 ЛИАДА
— В этот раз ты не повалила ни одного дерева, — смеясь, произносит Скайлор. — Я горжусь тобой, моё прелестное крылатое создание.
Я поворачиваю голову и нахожу его у самой кромки леса.
Он стоит, прислонившись плечом к стволу высокого дерева. В тёмном дорожном плаще, с растрёпанными рыжими волосами, на которые лениво оседает снег, и с нахальным выражением лица.
Я смотрю на него с высоты своего огромного роста.
Скай выглядит таким маленьким и хрупким.
Впрочем, как и всё вокруг.
Деревья, сугробы, валуны у подножья холма, узкая полоска тропы — всё это кажется таким игрушечным. Будто стоит мне неосторожно наступить на землю или взмахнуть хвостом, и всё это рухнет, как хлипкие театральные декорации.
И это до сих пор пугает.
Прошло уже два месяца с тех пор, как я впервые обратилась в свою драконью форму.
Два месяца ежедневных тренировок сквозь невыносимую боль, пот, слёзы и кровь.
Два месяца ежедневных падений с переломами и ушибами.