Воздух вокруг нас становится плотнее. Пламя свечей дрожит, вытягивается и склоняется в нашу сторону, словно подслушивающие слуги в нетерпеливом ожидании моего ответа.
— Это наша связь, — «вампир» прикрывает глаза, явно наслаждаясь ею. Меня же она… пугает: в ней столько всего, что это кажется невозможным. Обманом. Чужим наваждением. — И она нерушима. От неё не спрятаться, не убежать… Она бы всё равно свела нас с тобой. Я просто ускорил это событие.
Я резко, поддавшись внутреннему импульсу, разрываю наш контакт. Потому что это всё становится для меня «слишком». Слишком непонятным. Слишком не укладывающимся в моей голове и сердце. Слишком противоречивым. Слишком манящим. Слишком тревожным. Слишком пугающим. Слишком настоящим. Слишком органичным. Слишком… всем.
— Я не тороплю тебя с принятием, — спокойно проговаривает Моркарис, и в его тоне нет ни укора, ни давления, лишь молчаливое понимание. — Я буду ждать столько времени, сколько тебе понадобится для того, чтобы принять меня и нашу связь. — Он плавно отстраняется, давая мне столь необходимое свободное пространство. И садится на другую кушетку. На почтительном, «безопасном» расстоянии.
Вопреки его словам, во мне не утихает буря. Она только сильнее поднимается. И виной тому — осознание, что выбора у меня как такого, и нет. Рано или поздно мне придётся смириться с этой связью. Навязанной. Мне. Связью.
— Раз мы прояснили вопрос связи, я отвечу на другой. — Взгляд «вампира» становится холоднее. Отстранённее. Поза — величественнее. Он словно подминает под себя всё пространство. Перестаёт быть просто мужчиной и снова становится тем, кем был всегда. Владыкой. Полноправным хозяином этого таинственного места, которое не похоже ни на одно строение Лунной Обители. Места, что дышит им, откликается на каждое движение, вторит его внутренней силе.
От этой разительной перемены у меня сердце поджимается к горлу.
— Тем костяным королём, которого ты приняла за меня, был вовсе не я, — наконец, произносит он.
И у меня, по какой-то необъяснимой причине, словно гора сходит с плеч.
Глава 43 ЛИАДА
— Это был Гориос Безумный, — его голос обретает повелительный оттенок, отчего у меня создаётся впечатление, будто я нахожусь на аудиенции у короля. Великодушного правителя, который снизошёл до простой смертной, дабы поделиться с ней ценным знанием, недоступным для других. — Последнего наместника Лунной Обители, прежде величайшего пещерного города на всём континенте. Но сгинувшего из-за тщеславия и алчности мелкого дракона, возомнившего себя не просто правителем Зимы, а избранником самой Фортуны. Непобедимым воителем. Непогрешимым мудрецом. Баловнем судьбы.