* * *
[1] Типка — существо, похожее на курицу, только крупнее и с густыми перьями красно-фиолетового отлива.
[2] Илльера — столица Обители Богов (территории, находящейся на северо-западном материке Норлосс).
[3] Норбус — бог насмешек, злых козней и злословия.
Глава 30 ЛИАДА
С моих пальцев срываются короткие, но мощные электрические разряды. Они ослепительными стрелами вонзаются в эти злосчастные шкатулки и раскалывают их на множество деревянных щепок.
Воздух наполняется привкусом едкой гари и расплавленного металла.
Перед глазами всё мутнеет. На тело наваливается «сногсшибательная» усталость. Но я не даю себе ни минуты на передышку. Хватит. Слишком долго я дозволяла другим управлять собой. Слишком многое позволила им с собой делать. Слишком охотно поддавалась на их запугивания и манипуляции.
Пришло время прекратить всё это.
Я больше не марионетка, не подопытная, не бездушная кукла, на которой можно вымещать свою злость, неприязнь или недовольство от собственной ничтожности. Я та, кто имеет право защищать свою позицию, не терпеть к себе неподобающее отношение и выбирать себя. Всегда и во всём.
Я больше не нуждаюсь в защитнике, спасителе или том, на кого можно опереться. Я и есть опора, поддержка и непробиваемый щит для самой себя.
Как там говорилось в одной умной книжке по саморазвитию, которую я когда-то читала? Я есть у себя, и мне этого достаточно? Так вот… Мне себя уже достаточно. И отныне я не позволю помыкать собой!
Этот новый закон, отлитый в горниле моей воли, направляет мои движения. Я больше не анализирую, не реагирую, не поддаюсь чужому внушению — я действую. Точно. Тонко. Стремительно. Так, как меня годами натаскивал мой самый беспощадный наставник, с особой педантичностью оттачивая каждое моё движение, каждый мой выпад… И строго наказывая за любое промедление.
У меня было достаточно времени, чтобы изучить «тыл» врага. Оценить расстановку сил. Определить его уязвимые места. И понять, что повелитель нежити не такой всесильный, каким хочет казаться.
— Теперь мой ход… — с вызовом смотрю на короля нежити. И, не дав тому опомниться, хватаю со стола солонку и высыпаю содержимое прямо в иссохшую физиономию Владыке.
Повелитель отшатывается, ослеплённый моей внезапной атакой. И издаёт протяжный яростный рёв, от которого зал приходит в моментальное движение: пол содрогается от мощной вибрации, со стен осыпается штукатурка, с потолка срываются несколько сталактитов, устремляясь прямиком в толпу мертвяков, отчего те, как тараканы, разбегаются в разные стороны. Взволнованно дребезжит посуда, а стоящие поблизости свечи разом гаснут, словно их задуло чьим-то невидимым дыханием.