Ну, ничего. Мы ведь находимся в горах. И выступы тут бывают очень… очень скользкими.
— Я один это вижу? — вдруг отзывается Кассий из Гнезда Стальных Драконов. Народный защитник, неукротимый воин — так про него говорят в народе. По мне, так он какой-то слишком правильный. Слишком прямолинейный, как меч без гарды. Честный до идиотизма. И фонтанирующий благородством, от которого хочется удавиться. Такие, как он, умирают в первом же этапе боёв на арене. И неважно, насколько мастерски он владеет оружием. Потому что там нет правил, а Кассий живёт как раз таки по ним. Мне кажется, иначе он просто не умеет.
«И чего эта ходячая медвежья башка привязалась ко мне?» — морщусь от неприязни. Но моя колкость тает на губах, прежде чем я озвучиваю её.
Всё моё внимание приковывает Наследница. Точнее, ледяные молнии, что искрятся у неё на пальцах, а после с треском раскалывают шкатулки и оставляют вместо них мелкие щепки.
Всё это время я думал, как бы ей подсказать, что шкатулки прокляты. Какую бы она ни выбрала, всё приведёт к одному — её тело станет одержимым богом злых козней и злословия. Они так и называются — «жестокая насмешка Норбуса[3] ».
Но Лиада… неожиданно обзавелась интеллектом и сама всё поняла, уничтожив их… магией. Магией! Силой, что наделены исключительно чистокровные драконы. А Наследница таковой не является. Она попросту не может ею обладать! Либо же… все те слухи о том, что королева понесла от бродячего художника из Гнезда Стальных Драконов — откровенная ложь.
Ложь…
Неужели её образ глупой, несдержанной и истеричной девицы был всего лишь ложью? Убедительной игрой, дабы отвлечь противников королевы и сторонников неполнокровного брата Лиады, которого многие желают видеть на троне? Прикрытием, чтобы набраться сил и найти верных союзников для триумфального возвращения? Выходит, она не просто так «исчезла» три года назад. Это была тщательно спланированная подготовка?..
Если это так, то Наследница не просто достойна восхищения, она достойна моего глубочайшего уважения и, возможно, моей дальнейшей поддержки в борьбе за трон. Не то чтобы я горел желанием видеть её королевой всех континентов. Но её трусливый братец, ставший марионеткой в руках заговорщиков, и скользкий отчим, кому мало быть регентом, — устраивают меня куда меньше, чем она.
Из двух зол, как говорится. Но если одно «зло» прячет за собой разруху, нищету и непрекращающуюся войну, а второе — ум, силу и выгодные перспективы, то выбор становится очевидным.
Теперь я хочу заполучить Лиаду ещё больше… Нет! Она станет моей.