Но сейчас, когда мы улыбаемся друг другу без всякой на то причины, мне хочется верить, что он видит меня. Настоящую. Ту, которая сейчас стоит перед ним. А не ту, кого он, сам того не ведая, потерял.
— Я буду здесь, — произносит он, сжимая рукоять меча. — Если что-то пойдёт не так…
— Всё будет в порядке, — успокаиваю скорее их, чем себя. Хотела бы я сказать, что отправляюсь не в тыл врага. Но это не так.
— Мой план с побегом всё ещё в силе, — в шутливой манере добавляет Скай и крепко целует меня в щёку.
— Ничего не бойтесь, — заверяет меня Касс. И при этом смотрит на нас с рыжиком так, будто мы только что задели его гордость.
В его синих глазах смесь недовольства, ревности и какого-то странного недоумения. Он словно не понимает, как можно целоваться в такой ситуации, когда моя дальнейшая судьба буквально висит на волоске. Словно наша нежность на фоне нависших проблем выглядит для него почти кощунством.
Но Рыцарь ничего не говорит. Лишь отводит взгляд с тенью печали и распахивает передо мной двери.
Тяжёлые створки расходятся с протяжным, замогильным стоном. За ними — полумрак. И четырнадцать пар глаз, устремлённых прямо на меня.
Глава 65 ЛИАДА
Мои шаги раздаются эхом под высоким стрельчатым сводом. Каждый раз, когда тонкий каблук ударяет о грубый тёмно-серый камень, чувства, терзающие меня изнутри, отслаиваются, как старая кожа.
Страх, волнение, неуверенность остаются позади, стоит мне только посмотреть в лица присутствующих.
Я вдруг понимаю, что передо мной сидят обыкновенные «люди». Пусть и наделённые властью. Но у каждого из них есть свои изъяны. И нет того, что есть у меня.
Они не стояли на краю бездонной пропасти и не смотрели в чернильные глаза Многоликой.
Не теряли всё, что им дорого, и не проходили свой путь заново с пустыми руками, разбитым сердцем и полным отсутствием веры в себя.
Они просто горделиво сидят в своих высоких резных креслах и вершат судьбы тех, кто слабее их. А я выжила в таких условиях, от которых они сломались бы уже в первую неделю.
И последнее — однажды им придётся склониться передо мной. Потому что во мне течёт кровь Наследницы — той, кого призвала сама Танцующая Погибель.
Я останавливаюсь перед массивным полукруглым столом, за которым расположились мои «дознаватели», прямо на высеченного в камне дракона, что тщетно пытается ухватиться пастью за собственный хвост.
Символично.
Советники разглядывают меня с ног до головы: кто с брезгливостью, кто с любопытством, кто с высокомерием. Их взгляды «ползут» по мне, как трупные черви, неторопливо выбирая, во что вцепиться в первую очередь. Я чувствую их почти физически — липкие, холодные, скользкие. Они оставляют на коже невидимую слизь, от которой хочется передёрнуть плечами. Но я не позволяю себе этой слабости.