— Тиндросс… — мой голос звучит слишком ровно и слишком спокойно для того, что творится внутри.
— Или кто-то хочет, чтобы мы так думали. — Скай ловко, по-кошачьи спрыгивает с подоконника и подходит к графину с водой. — Не будем забывать о приказе с печатью королевы.
— Уверен, что её подставили, — произношу без тени сомнения.
— А вдруг нет?
Медный поворачивается ко мне, и в его глазах нет той привычной юношеской придури. Только холодная, неподдельная серьёзность зрелого мужчины, который привык смотреть правде в лицо, какой бы горькой она ни была.
— Вдруг это она — та тень, с которой мы безуспешно сражаемся? А регент и его нагулянный сынок, которого, к слову, почему-то не кличут бастардом, — всего лишь пешки в её коварной игре?
Я молчу. Потому что мне нечего сказать. Потому что эта мысль уже посещала меня. Но каждый раз я отгонял её, как назойливую муху.
Я по-прежнему не могу поверить, что королева, которая так горевала по своей дочери, которая отправила меня на её поиски и с таким теплом её встретила, выплакав все глаза, может оказаться предательницей.
Но печать на том клочке бумаги… Её невозможно подделать. Об этом знают все. Слишком сложное магическое плетение, которое может накладывать только его носитель.
— Королева не могла… — у меня нет аргументов, кроме внутренней чуйки.
— Я предлагаю не отметать подозрения, — вмешивается золотой. — В этом вшивом замке никому нельзя доверять. Иначе мы можем упустить того, кто действительно стоит за всем этим.
Скайлор наливает себе воды, но не пьёт. Стоит, сжимая кружку так, что того и гляди она треснет.
— Мне плевать, кто это сделал, — глухо произносит он. — Найду и сверну шею. А пока… — медный ставит кружку на стол и поворачивается к нам. — Что будем делать… уже с сегодняшней «экзекуцией»?
— Лиада знает, что свидетелей устранили? — спрашиваю я, хотя ответ и так очевиден.
— Нет, — Аркадий дёргает плечом, будто сбрасывает тяжесть нашего общего провала. — У неё и так хватает забот. А у нас есть ещё время, чтобы всё исправить.
— И как мы будем это исправлять? — шёпотом возмущается Скай. — Если Совет узнает… Они нарекут её предательницей. Той, кто оставила своё — пусть и будущее — королевство ради личных нужд!
— Не будем впадать в панику раньше времени, — на корню гашу его закипание. — Какие есть варианты?
— Предлагаю по-тихому устранить всех советников, — предлагает медный. У него такой вид, что я не понимаю: он сейчас пошутил или сказал это всерьёз? — Не всех, разумеется. Только сторонников Тиндросса. Сколько их там? Четыре, кажется. Вот. Каждому по одному.