Я действую молниеносно. В голове не единой мысли, лишь отработанные рефлексы: я лихо уворачиваюсь от потенциальной угрозы, подскакиваю на ноги, без тени сомнения перехватываю моего «похитителя» за запястье, грубо выворачиваю его и тут же подсекаю, сметая чужую опору.
Он удивительно податливо реагирует на все мои манипуляции. Не пытается вырваться, не сопротивляется. Наоборот, словно намеренно подстраивается под каждое моё движение. С каким-то настораживающим упоением принимает мой отпор. Прямо как законченный мазохист.
Мы падаем на пыльный пол: почти беззвучно и слишком мягко для такой потасовки. Его спина встречает холодный камень, а я по инерции оказываюсь сверху и придавливаю его своим весом и коленями.
— О, да! Возьми меня, моя госпожа! — неожиданно хрипло стонет мой «похититель»: слишком вызывающе, слишком развязно, слишком интригующе… — Чем жёстче… — наконец, тьма расступается и позволяет увидеть нахальное выражение напротив. Скайлор, чёрт бы его побрал! — … Тем лучше!
Он каким-то образом выворачивает свои руки из моего цепкого захвата. Перехватывает меня за запястья. Вдавливает мои ладони в основание своего горла, позволяя почувствовать его ровный, спокойный пульс и гладкую, «горящую» кожу под пальцами. И подаётся бёдрами вперёд, показывая свою полную… готовность.
Я вся покрываюсь пунцовыми пятнами. И, как в одно место ужаленная, порываюсь вскочить с этого рыжего инкуба. Но он предусмотрительно действует на опережение: резко дёргает меня на себя, так, что я теряю контроль над ситуацией и равновесие, и каким-то образом оказываюсь лицом к лицу с ним.
Непозволительно близко. Непозволительно похабно. Непозволительно остро.
— Куда же ты собралась, моя прыткая кошка? — его тёплое пряное дыхание обжигает мои губы. — Мы же только начали… — в его ореховых глазах сверкает и искрится безумный азарт вперемежку с откровенным удовольствием.
Он пленяет меня: своим вызывающим взглядом, своей близостью, своим запахом спелых яблок. Наглухо сбивает с толку своей опасной до учащённого дыхания и сердцебиения волнующей близостью. И заставляет каждую клеточку моего тела плавиться от соприкосновения с его бархатистой кожей.
Нет… Нет, нет, нет! Это неправильно, чёрт возьми! Я не должна так реагировать на него!
Не должна чувствовать эти предательские мурашки, которые пробегают вдоль моего позвоночника вслед за его длинными ловкими пальцами.
Не должна ощущать, как кровь вскипает в венах не только от злости на саму себя, но и отчего-то запредельного, запретного. Того, из-за чего внизу живота разливается густое влажное тепло.