Более того, этот неутомимый ловкач ещё умудряется менять руки и одной придерживать меня: когда за поясницу, когда за талию, а когда… за мягкое место, отчего я шиплю разъярённой кошкой. Но сейчас, находясь в таком опасном положении, я не могу противостоять его наглости.
В принципе… я, похоже, независимо от условий, этого не в состоянии сделать. Нечто во мне отчаянно не желает ставить между нами неприступную трёхметровую преграду с колючей проволокой под высоковольтным напряжением. Дать Скаю раз и навсегда понять, чтобы он ни на что не рассчитывал.
Мы не подходим друг другу. Он слишком беспечный, дерзкий, самонадеянный, настырный и… ещё миллион прилагательных его неисправимому хулиганскому характеру. Я же его полная противоположность: слишком осторожная, мнительная, сдержанная и серьёзная.
Мы принадлежим разным стихиям: он — бушующий ураган, а я — дерево, которое ещё не успело врасти корнями в недра этой промёрзлой земли. И от этого он грозит вырвать меня с корнем. Вместе с моим мало-мальски устаканившемся миром за эти почти четыре года. Долгих, изматывающих и напряжённых пятьдесят четыре месяца.
Мне нельзя этого допустить. Огонь не дружен с деревом. Рано или поздно он его сожжёт дотла. Как и странствующий шут неровня принцессе. Будущей королеве.
И я сейчас нисколько не принижаю его. Напротив, Скайлор — достойный муж. Вот только не для меня. Ему нужно подыскать себе подходящую партию, которая пойдёт с ним и в огонь, и в воду, и в медные трубы, и в далёкие дикие края. Со мной же он рискует распрощаться со своим привычным образом жизни и закостенеть. Лишиться того, что зажигает его неукротимый внутренний огонь.
Ведь как только я вернусь в королевский чертог, мне придётся возложить на себя прямые обязанности. И приключения мне будут только сниться в далёких мечтах.
А пока — всего лишь на несколько минут — я позволю себе насладиться этой животрепещущей иллюзией свободы. Где я просто девушка, которая не смогла устоять перед своеобразным шармом взбалмошного красавчика. Позволила ему вскружить себе голову. И вовлечь в эту непредсказуемую опасную игру, в которой мы оба балансируем на грани, как два поехавших психа.
Я слегка откидываюсь назад, прогибаясь в пояснице. И кричу. Уже не от ужаса. А от пьянящего ликования. От переполняющего меня адреналина. От того, как в основании меня срываются все запреты, все «должна» и «нельзя», все тщательно выстроенные внутренние заслоны.
Мой крик — звонкий, ликующий — тонет в гулком эхе пропасти, разлетается по каменным сводам, отражается от цепей и возвращается ко мне диким, почти первобытным воплем. Таким, который не ожидала услышать от самой себя.