В несколько стремительных шагов он преодолевает разделяющее нас расстояние, обхватывает мою талию и прижимает к себе, не давая опомниться.
Его поцелуй — дикий, голодный, полный безудержной страсти. Он обрушивается на меня, словно огненный ураган. Втягивает в свой вихрь и уносит далеко от реальности, которая до сих пор остаётся слишком сложной. Туда, где нет ни Тиндросса, ни Акселя, ни предателей, ни Культа.
Только его жар. Губы, терзающие мои. Язык, жадно проскальзывающий в мой приоткрытый рот. Сильные руки, вжимающие меня в его тело. И моё бешено колотящееся сердце.
Я отвечаю ему с той же жадностью. Обвиваю его шею руками и прижимаюсь к нему теснее.
— Сожги остатки моей одежды, — дрожащим голосом прошу я.
Мой взгляд затуманен, как и его. Скай не сразу понимает, что я только что сказала. Но постепенно смысл просьбы доходит до него, и он позволяет своему огню обвить меня.
Языки пламени лижут кожу. Сначала едва ощутимо, почти ласково. Затем разгораются ярче, проникают в тонкие волокна сорочки и пробегают по ним золотисто-алым узором.
Ткань вспыхивает, но жара я почти не чувствую.
Огонь не обжигает меня. Только пожирает одежду, превращая её в лёгкий пепел, который осыпается к моим ногам.
— Ты прекрасна, — сглатывает феникс и смотрит на меня так, будто я — единственное, что существует в этом мире.
Аркадий выходит из-за его плеча — медленно, с той привычной аристократической сдержанностью, которая сейчас кажется лишь тонкой оболочкой, скрывающей нечто гораздо более тёмное.
Его грозовые глаза неторопливо скользят по моему телу, изучая каждый изгиб. И каждый раз, когда его взгляд задерживается на чём-то, я чувствую, как в этом месте начинает гореть кожа.
Так, будто он уже касается меня. Заворожённо проводит ладонями по шее, груди, талии и бёдрам. Хотя между нами всё ещё остаётся несколько шагов.
Но вскоре исчезают и они.
Принц останавливается передо мной. Так близко, что запах лаванды смешивается с горячим ароматом яблок и терпкостью вина, а его дыхание касается моего лица.
Он медленно наклоняется, не отрывая взгляда от моих глаз, и оставляет лёгкий поцелуй на моём плече.
Я вздрагиваю, чувствуя, как под кожей проносятся острые электрические разряды.
Губы Аркадия задерживаются на мне всего на мгновение, но этого хватает, чтобы сердце вновь бешено забилось о рёбра.
Он замечает мою реакцию. В его глазах вспыхивает тёмное удовлетворение, и следующий поцелуй он оставляет чуть ближе к шее.
Уже не такой лёгкий.
Не такой «скромный».
Мой рыжий плут тоже не остаётся в стороне. Его язык развязно скользит по моей шее, заставляя меня запрокинуть голову, а затем губы впиваются в нежную кожу, оставляя на ней тёмную отметину.