— Нет, — решительно произносит Скайлор. — Я всё-таки проверю, — поспешно входит в темноту коридора. — Вдруг ей и вправду нужна помощь?
— Я с тобой, — без колебания отзывается Касс и следует за ним.
Я смотрю им вслед, этим самопровозглашённым храбрым рыцарям. И только сейчас ощущаю, как мои ладони непроизвольно сжались в кулаки.
Ну и что мне делать в такой ситуации? Разумеется, я иду за ними. Не потому, что я по-настоящему переживаю за Наследницу. А потому, что не могу позволить им быть с ней наедине. Тогда это точно будет моим окончательным проигрышем.
Вопреки моей непреклонной убеждённости, что Лиада не могла попасть в неприятности, мы не находим её ни через час, ни через два.
В какой-то момент рыжеволосым плутом овладевает заразительная нервозность, которая перекидывается и на нас с Кассом. Если для них это прежде всего страх за принцессу, то для меня — тревожное осознание того, что из-под моего контроля ускользает будущая ценная инвестиция.
Не то чтобы я рассматривал в Наследнице одну лишь выгоду. Но и лукавить не стану: в первую очередь меня интересует именно она (выгода). Хоть принцесса и хороша собой и вызывает во мне неподдельный интерес, выходящий за рамки холодного расчёта. И всё же не в моём характере изменять своим принципам. А что до страсти и похоти — это вторично. Её всегда можно утолить другими способами. И с другими, не менее красивыми и куда более сговорчивыми представительницами любого Гнезда.
О какой-то там любви, выдуманной бардами для своих слащавых баллад, не может быть и речи. В моём мире такого понятия просто не существует.
Ещё через двадцать минут бесцельных блужданий по обледенелым коридорам и полуразрушенным залам, стальной рыцарь настаивает на том, чтобы мы вернулись. Он не утруждает себя объяснениями: зачем и почему нам следует отступить. Но я замечаю едва уловимое движение его руки, то, как он прячет в карман плаща какой-то слабо мерцающий кулон.
Установил слежку за ней?
Как бы то ни было, у нас не остаётся выбора. Тем более спорить с этим твердолобым драконом бесполезно. И мы почти бегом устремляемся обратно в наш лагерь.
И каково же наше удивление, когда мы находим Лиаду именно там!
Только вот от той принцессы, что была вместе с нами всё это время, не остаётся ни следа. Разве что кроме знакомых черт лица. Теперь перед нами предстала свежая, порозовевшая драконица. Её кожа, прежде посеревшая в вечной темноте, сияет здоровым румянцем. А волосы уложены так безупречно, будто над ними трудилась целая свита горничных. На ней — дорогой, идеально чистый костюм, на котором не виднеется ни одной пылинки, ни складочки. В глазах ни тени усталости или тревоги, только спокойная, почти приевшаяся уверенность.