— Я ненавижу это место, — шепчет она. — Ненавижу этот город. Каждый раз, когда прохожу мимо больницы, я вижу их. Каждый раз, когда слышу сирены, у меня перед глазами авария. Сэм была единственной, кто не напоминал мне обо всем этом, а теперь она тоже уезжает.
У меня перехватило дыхание. Я не знаю, что мне больше хочется: обнять ее или ударить кулаком по стене.
— О, Элла, — тихо выговариваю я. — Я знаю, каково это…
— Знаешь каково это? — резко спрашивает она. — Это не просто чувства, Ви. Это моя жизнь. Лэнгпорт для меня не какая-то школа мечты, это шанс выбраться отсюда. Думаешь, я хочу и дальше быть объектом благотворительности в Гринвью? Девочкой, чьи родители умерли, поэтому она учится бесплатно? Все и так нас жалеют. Я устала ходить с клеймом этой трагедии.
Этот удар – как пощечина.
Я сдерживаю сотню слов, которые хочу сказать, о том, что делаю все, что в моих силах, о том, что все это не должно было стать моей работой, и о том, как я скучаю по маме и папе. Но она права. На самом деле права.
— Элла, — осторожно говорю я, — я горжусь тобой. Ты так много работала ради этого. Но…
Ее взгляд становится жестким.
— Но что? Ты думаешь, я не заслуживаю всего этого? — резко спрашивает она.
— Конечно нет, Элла, ты на 100% этого заслуживаешь, — быстро отвечаю я. — Дело совсем не в этом.
— Тогда в чем? — спрашивает она. — Потому что это слишком далеко? Или потому что ты не хочешь, чтобы я уезжала, ведь у тебя не будет жизни без меня?
Ее слова словно удар под дых, это опустошает меня и потрясает до глубины души. От ее обвинений у меня сжимается грудь, и это ощущение проникает глубже, чем я ожидала. Во мне поднимается клубок вины и стыда. Я ненавижу, что мое тело так реагирует. Мое лицо спокойно, а все под кожей словно воспламеняется. Хотела бы я, чтобы все было так просто и эгоистично, но я не могу солгать ей, чтобы облегчить себе задачу.
— Дело в деньгах, Элла, в Лэнгпорте дорого, и даже с грантом у нас просто нет денег, — тихо говорю я.
Слова повисли в воздухе, тяжелые и удушающие между нами. Ее плечи опустились, и на мгновение я увидела в ней ту маленькую девочку в больнице после аварии, такую уязвимую и раненую.
— Это несправедливо! Ты всегда говоришь, что мы можем во всем разобраться, а теперь… — Ее слова оборвались, когда на нее обрушилась тяжесть правды. — О, — тихо сказала она, и гнев улетучился. — Я не думала… То есть, я знала, что это будет нелегко, но я думала, может быть…
Ее голос затих, она посмотрела на свои руки и слегка покачала головой.
— Мне очень жаль, — мое сердце разрывается, когда я вижу, как она пытается справиться со своим разочарованием.