— Помнишь, как мама пекла блины в форме животных?
На моих губах появляется едва заметная улыбка.
— Да, ты всегда хотела кошку, но у нее никак не получалось правильно сделать уши.
Из ее уст вырывается тихий, хрупкий, мимолетный смех, и на секунду она снова становится моей сестрой, той самой, что какой была раньше.
— Я очень по ним скучаю, — шепчет она.
— Я знаю.
Я откидываю ей волосы, заправляя прядь за ухо.
Она тяжело сглатывает, ресницы мокрые от слез.
— Я ненавижу спать.
— Я понимаю. — У меня перехватило дыхание. — Я тоже.
Я остаюсь рядом, глядя в потолок, считая трещины, которые уже выучила наизусть. В конце концов, она снова засыпает. Однако каждый раз, когда закрываю глаза, я вижу ее лежащей на больничной койке, крошечной и бледной, подключенной к слишком большому количеству аппаратов, поэтому я резко просыпаюсь. Я просто лежу и жду, пока свет начнет проникать сквозь занавески, прежде чем наконец встать и направиться по коридору.
Кухня выглядит точно так же, как и раньше. Тот же беспорядок. Та же тишина. Я бросаю телефон на столешницу и некоторое время смотрю на него. Экран загорается, отражая мое лицо — усталые, покрасневшие и впалые глаза. Вверху экрана мелькает голосовое сообщение. То самое, которое я никак не могу удалить. Мой палец зависает над ним, и я нажимаю кнопку воспроизведения. Голос моей мамы наполняет комнату, мягкий и спокойный, нетронутый всем, что произошло с тех пор.
— Привет, дорогая. Просто звоню, чтобы узнать, как у тебя дела. Знаю, ты занята, но перезвони, когда будет возможность, хорошо? Мы скучаем по тебе. И мы очень гордимся тобой. Любим тебя.
Я закрываю глаза и прижимаю телефон к груди. Если я буду достаточно неподвижна, то почти смогу представить, что она все еще здесь.
Почти.
Гнев накатывает тихо, сжимаясь под ребрами. Я злюсь на мир, на себя и на все, что не могу исправить, но больше всего меня мучает непрекращающаяся боль.
До аварии у меня были планы. Я собиралась закончить учебу, может быть, заняться исследованиями, может, действительно сделать что-то важное, у меня было будущее. Теперь осталось только то, что есть — та часть меня, которая живет на кофе, тревогах и тех обломках, которые еще остались. Остальная часть меня не выжила.
ГЛАВА 1
Обещания и неудачные жизненные решения
Настоящее время
— Элла, клянусь Богом, если не выйдешь из этой ванной в ближайшие две минуты, я отключу Wi-Fi и спрячу твой телефон!
Из-под двери ванной валит густой, влажный пар, несущий с собой запах ее шампуня. За стеной гремит музыка, громче, чем мое терпение.
Я переворачиваю последний блинчик на стопку уже остывших. Я знаю, что она их не съест. Она никогда их не ест, когда опаздывает, но я все равно стараюсь.