Я ношу это в себе.
Всегда.
ПРОЛОГ
Химия и последствия
6 лет назад
У меня нет на это времени… не сегодня.
Уравнения на планшете размываются, пока числа не начинают сливаться друг с другом. Я так сильно тру глаза, что вижу звезды. Мой мозг постоянно подбрасывает идеи вроде: ляг и притворись, что тебя не существует, и, честно говоря, это не самый худший вариант. Я вздыхаю, ощущая привкус кофеина и разочарования на языке. Экзамены на носу, курсовая едва держится на плаву, а эта формула сама себя не решит.
Каждое число должно быть точным. Точность — это не просто наука, это выживание. Одна ошибка в десятичной дроби, и гениальность превращается в яд.
Я провожу рукой по волосам и тянусь за кофе. Он снова остыл. Конечно, остыл. Стоит остановиться. Знаю, что стоит. Но нужно платить за аренду, а моя работа в кампусе едва покрывает стоимость продуктов, так что вот я здесь — пятница вечер, одна, готовлю формулы вместо ужина. Деньги, полученные от этой партии, означают, что больше не будет бессонных ночей, когда я буду считать оставшиеся на счету и молиться, чтобы их хватило до зарплаты. Это значит, что мне не придется звонить маме с очередной отговоркой, почему я не могу «приехать домой на выходные», зная, что она предложит прислать деньги, которых у нее нет.
Мои родители сделали все, чтобы я поступила в Беркли. Отец работал по ночам, пока у него не появились проблемы со спиной. Мама занималась с детьми после церкви, чтобы помочь мне оплатить учебу. Я едва держусь, но не могу их подвести из-за такой глупости, как арендная плата.
Резкий стук заставляет меня вздрогнуть. Сердце сильно стучит. Я, словно провинившийся ребенок, засовываю планшет под стопку конспектов.
— Ви? — врывается Ками, вся окутанная своим ароматом и хаосом, ее золотистые локоны развеваются, словно она никогда не знала усталости.
Она уже одета для вечеринки, на которую умоляла меня пойти. Она — полная противоположность Калифорнии: нью-йоркская элегантность, окутанная духом проблем. Будучи дочерью дипломата, выросшей в пентхаусах и частных школах, она во всем отличается от меня. И все же, каким-то образом, она решила, что я достойна того, чтобы она общалась со мной, после того как нас объединили в пару на первом курсе английского языка. Нас сблизила тоска по дому — я из маленького городка в Нью-Джерси, а она, манхэттенская аристократка, притворяющаяся, что выживает в кафетерии.
— Все еще работаешь? — Она склонила голову, глядя на беспорядок из бумаг на моем столе. — Ну же. Одна ночь тебя не убьет.
Я провожу рукой по лицу.