Его рука на мгновение сжимает мою, затем ослабевает, пальцы обессиленно дрогнули.
— Мой отец стоял над нами обоими, его голос тихо звучал: «Вот что происходит, когда любовь ставят выше Ордена».
Прежде чем я успеваю остановить слезу, она скатывается по щеке. Я быстро вытираю ее, с трудом сглатывая комок в горле.
— Моя сестра… она верила, что за любовь стоит умереть.
Я откидываю его влажные волосы со лба, задерживая пальцы на мгновение.
— А ты разве нет?
Тишина. Затем, едва слышный шепот…
— Любовь губит жизнь.
Что-то внутри меня раскололось на части, обнажив рану и боль. Дыхание перехватывает, грудь сжимается под тяжестью его страданий. Правда о том, что он пережил, вдавливает меня, как свинцовый груз — я чувствую это в костях, как будто он давит и душит. Пальцы сжимаются по бокам, я борюсь с жжением в глазах, ком в горле подступает. Это слишком. Слишком жестоко. И все же он живет с этим каждый день. Как он это выносит? Как не ломается под тяжестью этого? Из меня вырывается дрожащий вздох, но я отказываюсь позволить ему сломить меня. Не сейчас.
Не думая. Не колеблясь. Я ложусь в постель рядом с ним, дрожащими пальцами обнимаю его измученное лихорадкой тело. Он так много страдал — больше, чем кто-либо должен был бы пережить. Его дыхание касается моей ключицы, неровное, но равномерное, и я прижимаю губы к его виску, чтобы сдержать эмоции.
Сердце бешено колотится в груди, пока я обнимаю его, не зная, утешаю ли я его или ищу утешения сама. Но в этот момент это не имеет значения.
Когда лихорадка спадет, и все вернется на круги своя, вспомнит ли он это? Или я останусь единственной, кто будет хранить этот хрупкий, мимолетный момент между нами?
Громкий звонок резко будит меня, сердце бешено колотится в груди, прежде чем мозг приходит в себя. В комнате темно, лишь приглушенное свечение телевизора мерцает на стенах, словно призрак. Я моргаю, чтобы избавиться от сонливости, пульс все еще учащен.
На экране крупными красными буквами высвечивается надпись «Срочные новости», а голос репортера нарушает тишину.
— Начнем сегодняшнее утро с экстренных новостей из Манхэттена — произведен арест по громкому делу о передозировке светской львицы Алессандры Мур. Поздно вечером официальные лица подтвердили, что женщина, обвиняемая в предоставлении Мур наркотиков с примесью фентанила, которые привели к ее смерти, находится под стражей. Источники сообщают, что она сотрудничает со следователями и знала о смертельной дозе распространяемых ею веществ.
Воздух исчезает из моих легких.
— Полиция Нью-Йорка также подтвердила, что российские власти запросили ее немедленную экстрадицию, а это значит, что подозреваемая, возможно, никогда не предстанет перед судом в США за предполагаемые преступления.