Вместо этого они лишь дали мне понять, что я приду за ними.
— Не молчи, — говорю я.
Мэверик не тянет время. Он все знает.
Он бросает на стол папку и открывает ее — фотографии, финансовые записи и журналы звонков разложены, как на месте преступления.
— Женщина заселилась в отель за два дня до вечеринки. Заплатила наличными. Удостоверения личности не было. Но администратор ее запомнил.
— До того, как все начали запирать двери и проверять лица по два раза, — добавляет он.
Я наклоняюсь над столом, прищурившись на зернистый кадр с камеры видеонаблюдения.
Кудрявые каштановые волосы. Острый взгляд. Кожаная куртка. Голова наклонена ровно настолько, чтобы избежать камер.
Но мое внимание привлекает не ее лицо.
Это мужчина, стоящий позади нее, запечатленный в отражении стеклянной двери.
Я сильно стучу по изображению.
— Кто это, черт возьми?
Мэверик выдыхает.
— Вот тут-то и начинается самое интересное. Он один из Ринальди. Распознавание лиц совпало с ним — Анджело Коста. Мелкий силовик. В основном, занимался зачисткой.
Он делает паузу.
— Он не следил за ней. Он сопровождал ее. Следил за тем, чтобы она вошла и вышла чисто.
— Расскажи мне что-нибудь стоящее, — рычу я.
Я провожу рукой по подбородку, пытаясь сдержать гнев.
— Им нужна была она не просто на той вечеринке. Им нужно было, чтобы ее увидели. Им нужно было связать ее с нами.
— Именно так, — говорит Мэверик. — Слухи уже распространяются. Люди задают вопросы. Полиция суетится. Они пытаются выставить нас в невыгодном свете. — То же самое делают и полицейские, — добавляет он. — Неофициально.
Я медленно выпрямляюсь.
— Они вынюхивают.
— Да, так и есть, — подтверждает Мэверик. — Но они не успевают за нами. И не умеют делать все достаточно тихо.
Я переворачиваю страницу.
— Где сейчас Коста?
— Скрылся. В последний раз его видели в клубе в Квинсе три ночи назад. Ни карт, ни адресов. Кто-то его прячет. На улицах слишком много внимания, чтобы он мог спокойно передвигаться, ему явно кто-то содействует.
Я не колеблюсь.
— Найди его.
— Уже в процессе, — говорит Мэверик. — Мы его возьмем.
Я откидываюсь назад, проводя рукой по волосам.
Ринальди думает, что может подбросить женщину на мою территорию, свалить вину за убийство на мой порог и уйти безнаказанным. Он глубоко ошибается.
Мой телефон вибрирует на столе, и я бросаю взгляд вниз.
Вайолет: Ты вернешься домой сегодня?
В груди что-то сжимается.
Домой.
Она никогда раньше так его не называла. Ни разу. Это всегда был пентхаус. Твоя квартира. Всегда ничего общего. А теперь она просто бросает это, как будто это ничего не значит. Как будто ей здесь место. Как будто она там обосновалась.