Глава 39. Воспоминания Артемия
Страница 85 из 211
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 39. Воспоминания Артемия

Страница 85

А там, за дверью — ничего. Только декабрьская темнота, холод и этот проклятый вопрос, который грызёт меня изнутри: „Что, чёрт возьми, я здесь делаю?“

Так что я сижу. И делаю вид, что работаю. Потому что *иногда притворство — это всё, что остаётся.

Сегодня утром Артемий был сам не свой. Лежал молча, уставившись в потолок. Я заходила — под предлогом проверки показателей, хотя, положа руку на сердце, мне было совершенно не нужно проверять показатели. Все показатели у него стабильные. Динамика хорошая. Рана затягивается. Он поправляется.

Вот только глаза у него были такие, что хотелось схватить его за руки и не отпускать.

Пустые. Как зеркала без отражения.

— Алиса Сергеевна, — голос Ксении из-за угла заставляет меня вздрогнуть. Медсестра подходит, прижимая к груди планшет с историями болезни, и смотрит на меня с тем выражением, которое у неё означает «я ничего не скажу, но всё понимаю». — Вам позвонила Лидия Сергеевна. Три раза. Говорит, вы не берёте трубку.

— Я знаю, — отвечаю я.

— И ещё Вера Николаевна спрашивала, не забыли ли вы, где находится выход из больницы.

Я молча смотрю на дверь.

— Ясно, — говорит Ксения. Пауза. Такая короткая, но наполненная всем тем, что не нужно говорить вслух. — Он не спит. Я видела — заносила ему таблетки. Лежит. Смотрит в потолок. Уже часа три. Охранник ушёл в туалет.

Это решает всё.

Не нужно больше слов. Не нужно объяснений. Не нужно сомнений.

Я встаю. Одёргиваю халат — резко, как будто это броня, а не ткань. Иду. Толкаю дверь.

В палате темно. Только ночник у кровати — тусклый, жёлтый, как свет в конце тупика, который ведёт в никуда. И полоска света из-под двери — тонкая, ненадёжная, как надежда на то, что всё ещё можно исправить. Артемий лежит на спине. Руки вытянуты вдоль тела — как у солдата в гробу. Взгляд прикован к потолку — как будто там, в трещинах штукатурки, спрятаны все ответы.

Когда я вхожу, он не поворачивает голову. Не шевелится. Просто говорит —тихо, почти без интонации, как будто слова тяжелы, как камни, и он едва ли может их выдавить:

— Ты опоздала. Или пришла как раз вовремя. Я ещё не решил.

— Ты опять нарушаешь режим.

— Я врач. У меня особые привилегии.

— У тебя закончилась смена в семь вечера.

— Ты смотрел на часы?

— Я всегда всё замечаю.

Я придвигаю стул к кровати. Сажусь. Между нами — расстояние вытянутой руки. Достаточно близко, чтобы разглядеть каждую тень на его лице, каждый след усталости, каждую трещинку в этой маске спокойствия, которую он так мастерски носит. Достаточно далеко, чтобы сохранять видимость профессиональной дистанции — эту хрупкую, смешную иллюзию, что я здесь как врач, а не как человек, который уже давно перестал понимать, где заканчиваются правила и начинается он.

назадназад
1 ... 83 84 85 86 87 ... 211
впередвперед