Глава 24. Холодная решимость
Страница 52 из 211
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 24. Холодная решимость

Страница 52

Вот третья я — та, которая лежит в три часа ночи и думает: «А может, и пусть? Может, некоторые вещи стоят того, чтобы плохо кончиться? Может, иногда стоит рискнуть всем ради того, чтобы хоть раз в жизни почувствовать себя по-настоящему живой?» Третья я — определённо самая безответственная из всех трёх. Самая опасная. Самая честная. Та, которая не боится признать, что иногда даже падение может быть лучше, чем вечная безопасность в серой, пустой жизни.

И все три я лежат здесь, в этой кровати, в этой квартире, в этой ночи, и ни одна из них не знает, что делать. Потому что одна хочет спать. Вторая хочет решить проблему любой ценой. А третья просто хочет остаться рядом с ним — хоть на один день, хоть на один час, хоть на ту секунду, когда он смотрит на меня так, будто видит меня насквозь и всё равно не отворачивается.

Слова Артемия крутятся в моей голове, как заезженная пластинка: «Я могу решить проблему за пять минут. Дай мне номер телефона — и всё». Просто. Быстро. Эффективно. Годы работы, которые я могла бы потерять за один миг страха. Он предлагает мне спасение — и я чувствую, как внутри всё сжимается от этого предложения.

Потому что знаю, чего оно будет стоить.

Он снова станет тем, кем был. Человеком, который живёт ложью и страхом, который ломает людей ради цели. Пятнадцать лет он так жил. Пятнадцать лет — и ни разу не останавливался, потому что не было причины останавливаться. А теперь есть. Я? Или я просто льщу себе?

Господи, я лежу в три часа ночи и думаю о том, станет ли мужчина, который является моим пациентом, снова шантажистом. Нормальная жизнь у нормальной женщины-врача. Всё как у людей.

Я переворачиваюсь на другой бок. В темноте немедленно встаёт его лицо — эта холодная сосредоточенность, которую он носит как маску, и редкие моменты, когда маска сползает. Когда он читал вслух — голос низкий, ровный. Когда держал меня за руку ночью в кошмаре — его пальцы сжимались, как будто именно я была якорем, удерживавшим его от чего-то страшного. Когда сказал: «Я разрушаю всех, кто ко мне привязывается» — и в глазах была не угроза, а что-то похожее на боль.

Нет. Не сплю.

Он не должен этого делать. Я найду деньги. Каким-то образом — найду. Кредит. Или у мамы попрошу. Нет, у мамы нельзя — она начнёт задавать вопросы, а у меня нет сил объяснять ей, почему мне нужны двести тысяч рублей и почему я не могу просто позвонить Антону. Или Вере. Или ещё кому-нибудь вменяемому. Потому что все вменяемые люди в моей жизни уже сказали мне всё, что думают об Артемии. И я не хочу слышать это ещё раз.

назадназад
1 ... 50 51 52 53 54 ... 211
впередвперед