— Да. Наблюдала. В любом случае, это интереснее, чем общаться с тобой.
Я тихо смеюсь.
— Осторожней, котенок. Говоришь так, будто я тебе не нравлюсь.
Она сжимает челюсть.
— Котенок? Серьезно?
— Тебе подходит. Вся такая нежная любознательная с острыми маленькими коготками.
Она сверлит меня взглядом. Я ухмыляюсь.
Идеальная.
Прежде чем она успевает ответить, Ками снова появляется в золотистом размытом силуэте. Я наклоняюсь достаточно близко, чтобы вдохнуть ее аромат — чистую кожу, нежные цветочные нотки и что-то теплое, полностью отражающее ее сущность.
— Мы продолжим в другой раз, котенок, — шепчу я.
Ее челюсть снова напрягается, и я замечаю, как она пытается что-то ответить, но не даю ей вымолвить ни слова. С лукавой улыбкой поворачиваюсь и исчезаю в море тел позади меня, оставляя ее разбираться с потоком вопросов Ками. Как бы мне ни было жаль уходить, осознание того, что я ухожу от нее ошеломленной, раздраженной, а теперь еще и заинтригованной, — это самое прекрасное чувство.
Она будет меня искать. Они всегда ищут.
Повернувшись спиной к царящему надо мной хаосу, я иду по коридору к тому месту, куда увели парня. Мой взгляд встречается с взглядом Мэверика на другом конце комнаты. Он молча идет со мной рядом. Он знает мой взгляд. Это перешло границы. Дипломатия закончилась. Это личное.
Незваный гость сидит, привязанный к стулу в центре комнаты — тяжело дышит и изо всех сил старается не показывать страх. Эти усилия лишь усугубляют ситуацию. Страх в таком месте не сдерживает себя; он просачивается через позу, глаза, то, как дергаются пальцы о металл. Он терпит неудачу во всем, и понимает это, как только я вхожу в комнату.
Когда подхожу ближе, он пытается встать, это какая-то жалкая последняя попытка сохранить контроль, но я ставлю руку ему на грудь и толкаю его обратно на стул. Ноги скрипят по бетону, словно протестуя за него. Я даю звуку повиснуть в воздухе, прежде чем заговорить, мой голос тихий и спокойный — достаточно тихий, чтобы заставить его наклониться вперед.
— Как тебя зовут?
Он молчит, челюсть сжата, а взгляд устремлен к двери, словно он прикидывает, сможет ли убежать. Мэверик быстро обрывает эту фантазию. Его пощечина разносится по комнате — резкая, быстрая и унизительная. Она не призвана сломить его. Просто напоминает ему, кто здесь задает ритм. Не он.
— Имя, — повторяю я, на этот раз произнося слово немного медленнее. — И что ты делал, вынюхивая вокруг Вайолет?
Он лениво пожимает плечами, словно ему скучно.
— Она просто была одной из, — бормочет он. — Не знал, что она — завоеванная территория.