Она уравновешенная. Спокойная. Добрая.
И почему-то это меня злит.
Этого не может быть. Женщина, которую я видел на вечеринке, была смелой, притягательной и ее невозможно было игнорировать. Эти две версии ее личности не совпадают — и та часть меня, которая стремится к порядку, к знанию того, что делает каждая переменная, не может этого принять.
Я уже собиралась уезжать, когда что-то мелькнуло на краю моего поля зрения. Мужчина стоял в дальнем конце парковки, наполовину скрытый седаном. Я едва различал едва заметный блеск камеры телефона, когда он поднял его и сфотографировал мою машину — меня.
Ублюдок.
Холод мгновенно проникает в грудь.
Он вскакивает в тот же миг, как наши взгляды встречаются. Я выскакиваю из внедорожника, даже не дождавшись, пока захлопнется дверь. Он перебегает дорогу, сворачивает в переулок, достаточно быстро, чтобы дать мне понять, что это не какой-то местный идиот, действующий из любопытства. Этот парень быстр, быстрее, чем я ожидал, но меня переполняет ярость, осознание того, что я только что совершил ошибку.
Чертовски глупую ошибку новичка.
Я гонюсь за ним по асфальту и бетону, не отставая, одним движением перелезаю через забор. Потом он резко сворачивает влево, на заброшенный участок. Тупик. По крайней мере, должен был им быть.
Но его нет. Ни следов. Ни звука. Никаких шансов.
Я сжимаю челюсти, пытаясь отдышаться. Это не было случайностью — он точно знал, что делает, и добился своего.
Я облажался.
С трудом успокаивая пульс, я достал телефон и набрал номер Мэверика. Он взял трубку на втором гудке.
— У нас проблема, — говорю я холодным тоном. — Кто-то только что сфотографировал меня возле ее работы.
Последовала пауза, затем он резко выдохнул.
— Черт. Уверен, что снимок четкий?
Я оглядываюсь в сторону переулка: — Безусловно. Нужно выяснить, кто он, черт возьми. Прямо сейчас.
Я кладу трубку, еще раз осматриваю тени и возвращаюсь к машине. Очевидно, я не единственный, кто наблюдает за Вайолет Коул, и теперь она не просто какая-то девушка, попавшая в поле моего зрения.
Она – мишень.
Пока гонялся за призраком и чуть не подверг себя опасности, я понял, что с Зи нужно действовать иначе, если я хочу чего-то добиться. Наблюдать издалека было недостаточно. Мне нужны были глаза и уши там, где это было наиболее важно.
Я позвонил Мэверику, и к тому времени, как она вернулась домой, в ее квартире уже было установлено прослушивающее устройство. Меня должно было бы встревожить то, как быстро я переступаю эту черту. Но меня это не волновало. Слежка — это протокол. Рутина. Необходимость.