— Заставь меня.
Так и будет.
Я обхватываю ее за талию, одним плавным движением поднимаю на стол и встаю между ее ног. Ее дыхание становится прерывистым, но она не сопротивляется. Мои руки медленно, целенаправленно и уверенно скользят вверх по ее бедрам.
— Думаешь, накормив меня, получишь преимущество? — шепчу я ей на ухо, касаясь губами ее челюсти. — Это мило.
Она вздрагивает, пытаясь изобразить равнодушие.
— Ты думаешь, что, съев приготовленную мной еду, ты имеешь право и на меня?
Я притягиваю ее ближе, пока она не прижимается ко мне вплотную.
— Думаю, тебе это нравится больше, чем ты хочешь признать.
Она открывает рот, чтобы огрызнуться, но я не даю ей такой возможности. Я задираю ее платье, раздвигая руками бедра, и у нее резко и быстро перехватывает дыхание.
Я опускаюсь на колени. Наклоняю голову, мои губы скользят по нежной коже ее внутренней стороны бедра.
— Пора проверить, вкуснее ли ты, чем суп.
Я не даю ей возможности возразить. Мои пальцы впиваются в ее бедра, пока я провожу языком по ее горячему лону. Резкий вздох, вырвавшийся из нее, подобен музыке, ее тело содрогается, но я удерживаю ее. Она уже вся мокрая, тело выдает ее, даже когда она пытается удержать это упрямое сопротивление.
Вайолет опирается на локти, сверля меня взглядом, словно хочет прожечь во мне дыру. Но вместо этого она приоткрывает губы, задыхаясь, пока я ласкаю языком ее клитор. Ее пальцы дрожат, прежде чем она сжимает их в кулаки, отказываясь доставить мне удовольствие, схватив меня за волосы, как я знаю, она этого хочет.
— Ты такая сладкая на вкус, — шепчу я ей, позволяя своему дыханию ласкать ее набухшую и чувствительную киску.
Она тяжело дышит, пытаясь успокоиться.
— Ты… — Слова застревают у нее в горле, когда я медленно и размеренно всасываю ее клитор. Ее бедра дергаются, но моя хватка крепка, я прижимаю ее к себе, пока пожираю ее.
Она вся мокрая, с нее капает на стол, пока я проникаю языком внутрь нее и ощущаю отчаянный пульс ее возбуждения. Мой член напрягается под штанами, но сейчас меня это не волнует. Сейчас речь идет о том, чтобы она сломалась. О том, чтобы доказать, что, как бы ни был остр ее язык, ее тело всегда будет моим.
— Черт возьми, — выдыхает она, едва слышно.
Я одобрительно мычу, вибрация заставляет ее ноги дрожать. Она сопротивляется, борется со мной, но я чувствую, что она скоро сдастся. Ее спина выгибается, бедра сжимаются вокруг моей головы, и она, задыхаясь, произносит мое имя. Я впитываю каждую каплю ее возбуждения, наслаждаясь ею, как изысканным блюдом, и когда она, наконец, падает на стол, задыхаясь и обессилев, я отстраняюсь.