Моя грудь упирается в стену.
Его дыхание согревало мою шею.
Эти медленные движения его пальцев по моим трусикам, словно он подтверждал то, что уже знал, и, что еще хуже, знал, что я тоже это знаю.
Меня пробирает тихая дрожь, и я закрываю глаза, потому что, глядя на комнату и одновременно вспоминая его, я чувствую, что это слишком давит на меня.
Мое тело помнит его в унизительных подробностях. То, как он начал медленно, почти терпеливо, словно у него было все время на свете, чтобы наблюдать, как я теряю контроль. То, как разочарование сжимало мой живот, горячо и постыдно, потому что я чувствовала, как сдаюсь. То, как все обострялось, когда он проникал глубже и жестче, словно ждал именно того момента, когда сопротивление ослабнет.
Я вцепляюсь в край стола. Дерево впивается мне в ладонь, заземляя, но этого недостаточно.
Он прикасался ко мне так, будто делал это раньше. Словно думал об этом. Словно думал обо мне.
А потом — Боже. Он просто ушел.
Меня охватывает чувство разочарования, я стону и смеюсь одновременно, ведь что еще делать, когда мужчина тебя губит, а потом уходит, прежде чем ты успеваешь решить, что ты об этом думаешь?
Я слишком резко поднимаюсь из-за стола. Стул громко скребет по полу. Делаю вид, что не вздрагиваю.
Когда подхожу к раковине, руки холодные. Мое отражение в темном окне выглядит… встревоженным. Губы приоткрыты, взгляд рассеянный, щеки горячие. Как будто я невыспалась и, возможно, еще и потеряла рассудок.
Мне следовало бы его ненавидеть. Честно говоря, я бы хотела его ненавидеть.
Но я все еще чувствую его присутствие, и в этом основная проблема.
В животе снова ощущение жара. Оно не проходит. Раздражающее. Знакомое, но не такое, как хотелось бы. Я сжимаю бедра, словно могу остановить боль одной лишь силой воли.
Это не работает.
Неужели так ужасно хотеть его? Перестать притворяться, что этого притяжения нет? Поддаться тому, что он со мной делает, вместо того чтобы бороться?
Наверное. Почти наверняка. С такими мужчинами, как Ашер, придется разгребать последствия. А я уже в одном шаге от того, чтобы все разрушить.
Зазвонил мой телефон, к счастью, очень громко. На экране высветилось имя Эллы, и меня охватило чувство облегчения.
— Привет, малышка, — отвечаю я, стараясь говорить более непринужденно.
— Ты не поверишь! — воскликнула она, голос ее буквально дрожал от волнения. — Сегодня мы начали изучать биологию и провели вскрытие эмбриона свиньи.
Я тихонько рассмеялась, слегка расслабившись.
— Да? И каково это?
— И мне удалось вытащить мозг целым и невредимым, Ви. Целым. Никому другому в классе это не удалось, а мне удалось.