Еще одно доказательство грядущих перемен. Как и дар Галатии, который принял Хаальд, и тем самым пошел против всех.
Может быть, мир жестоких варваров действительно возможно изменить.
Я пришла в лабораторию, едва за окнами забрезжил рассвет. А проснулась и того раньше. Хотела разобрать новые рецепты из книги. Выбрать, какие зелья мы будем готовить на этой неделе, и решить, какие травы заказывать.
Я сидела над книгой, делала пометки, когда почувствовала на себе чужой взгляд.
Улыбнулась. Я хорошо знала, кому он принадлежит.
Всякий раз, когда Хаальд заходил в лабораторию проверить, как идет работа, женщины замечали, что он подолгу задерживал взгляд на мне.
И я ощущала его как-то особенно остро.
Может, дело в силе Галатии, которая связывала нас. А может, в чем-то другом.
— Все в порядке? — спросила я, не отрываясь от книги.
Тишина. Потом хриплое: “Нет”.
Я взволнованно обернулась.
Хаальд стоял в дверях. В простой рубахе, с распущенными волосами. Его глаза странно горели.
— Что случилось?
Он порывисто шагнул в комнату.
— Меня тянет к тебе, — глухо сказал он. — Я постоянно ловлю себя на том, что ищу тебя взглядом. Прислушиваюсь, надеясь услышать твой голос.
Я смотрела на него, не дыша.
— Я элькхе. Я вождь. Я в шаге от серьезных перемен. Я должен думать только о них. О будущем Дома Торн. О будущем всей Эль Кхары. Так почему я не могу выкинуть тебя из головы?
Я набрала в легкие воздуха, словно перед прыжком в ледяную воду.
Прыгну — и будь что будет.
— А почему я не могу перестать думать о вас? — выдохнула я.
Хаальд смотрел на меня так, будто не мог поверить в услышанное.
Не знаю, кто сделал первый шаг.
Не помню, как оказалась в его руках и как его губы нашли мои.
Хаальд целовал меня жадно, почти грубо, будто долго мечтал об этом и теперь не мог остановиться. Или просто не умел иначе.
Я отвечала ему, растворялась в нем, в его руках и его дыхании.
Мы целовались, пока не кончилось дыхание. Отстранились, тяжело дыша, с пылающими губами.
— Так не может продолжаться, — хрипло сказал Хаальд.
Мое сердце заледенело. На миг перестало биться.
Сейчас он скажет, что мы не можем быть вместе. Что я — рабыня, а он — мой господин.
— Евгения, — он неожиданно мягко взял меня за плечи, — ты свободна.
— Что? — изумилась я.
— Прости меня. Я должен был сделать это раньше. Я просто… не мог тебя отпустить. Но теперь ты свободна. Если хочешь, можешь вернуться в Даневию… или отправиться куда-то еще. Я больше не буду тебя держать. Не имею права.
Я смотрела в его темные глаза и будто падала в бездну.
Свобода. То, о чем я мечтала с самого первого дня, как оказалась в Эль Кхаре.