Меня всю передернуло от отвращения. Руки сжались в кулаки.
Хаальд шагнул вперед.
— Я скажу, чего ты заслуживаешь.
Он ударил.
Резко, коротко, без замаха. Кулак встретился с лицом Рейвена. Голова герцога мотнулась в сторону. Из носа хлынула кровь.
Рейвен ошарашено таращился на Хаальда.
“Элькхе, который заступился за рабыню?” — вот что сквозило в его взгляде.
Я прикрыла глаза, делая глубокий вдох.
Галатия, спасибо тебе за то, что в этом мире я очнулась только в момент развода. И мне не пришлось делить постель с этим мерзким напыщенным червяком.
Я взглянула на Хаальда.
— Что он здесь делает?
— Он колдун. Или маг. Или как вы, даневийцы, называете таких, как он? В общем, он использовал свой дар, чтобы вытянуть магическую силу из вождей и передать ее Торварду.
Я вскинула брови. Разумеется, я помнила его бывшего соратника. Того, кто отплатил за спасенную Хаальдом жизнь предательством и уходом из Дома Торн.
— Так Торвард завладел силой ульгрима.
Вот значит как…
Я повернулась к герцогу. Едко осведомилась:
— Что, не договорились с ним о цене? Или он не предложил цену вовсе? Поэтому тебя пытали, пока ты не согласился? Ведь ты вряд ли так принципиален, что отказывался красть у чужих людей дар. Раз сделал это с собственной женой.
Рейвен стиснул зубы, мрачнея с каждым моим словом.
Значит, я угодила в цель.
— Хорошо. Надеюсь, это было больно.
Я подошла к нему вплотную.
Рейвен дернулся, прижался спиной к стене. Его взгляд в панике заметался по моим рукам, будто он ждал, что в них окажется оружие.
Герцог что, боялся меня? Хрупкую молодую женщину, которую когда-то вышвырнул на улицу?
Видимо, уловил нечто новое в моем тоне и в моих глазах.
Да, урод, я не Айрис. И жизнь среди элькхе еще больше закалила меня.
Я бесстрастно осмотрела его. Ощупала ребра — кажется, целы. Проверила пульс — частый, слабый. Гематомы на лице и корпусе. Обезвоживание, запавшие глаза. Некоторые порезы и более глубокие раны воспалены.
— Его жизни ничего не угрожает, — заключила я, глядя на Хаальда. — Но он потерял много крови. Нужно обработать раны и напоить восстанавливающим зельем.
— Ты будешь его лечить? — с нескрываемым удивлением спросил он.
Я пожала плечами.
— Я врач. Кроме того, у него будет ребенок. Уж лучше такой отец, чем никакого.
Тут же задумалась: а так ли это?
Для ребенка, который появится на свет, может, и лучше вовсе не знать этого человека. Но я не имею права решать за него. И уж точно не оставлю Рейвена медленно умирать от заражения крови. А оно непременно начнется, если не обработать раны.
— Я принесу все необходимое.