Он потянулся к кувшину, промочил горло и выдохнул сквозь зубы. Один такой случай случился сегодня, и он ещё не решил, что бесит сильнее: сцена сама по себе или визг, пока он объяснял, что к утру девочка станет самой ходовой в «Звезде», если не освоит хотя бы базовые навыки тишины.
— Мардон убедил Альверона собрать Тайный Совет. Без Совета лордов. Без протоколов. И, разумеется, без меня, — Айман говорил, глядя в зеркало и поправляя манжеты. — Официальная версия: именно я провоцирую раскол внутри знати. Запоздалая реакция, надо признать. Но, по крайней мере, она случилась.
Астара молчала особенно тяжело. За стеной хохотнул пьяный голос, и в этой ложной весёлости Айман почти расслышал её собственное напряжение. Взгляд у неё был сосредоточенный, опасно спокойный: так она смотрела, когда внутри уже крутилась стратегия или накапливалась холодная, усталая злость.
— Король согласился с неохотой, как мне передали, — продолжил Айман. — Главным аргументом стало подозрение Мардона, что союз координирует мой дорогой тесть. Что, к слову, неудобно, но правда. Калворэн — формально речное княжество, хотя выход к Анхерре там скорее жалкий ручей с родовой самооценкой. Калирон держится за него, как за последнюю корону в доме. А я распоряжаюсь Эреннэлдом — богатым, влиятельным, с приличной береговой линией. Логика для Мардона почти роскошная: если к кому и прислушались морские лорды, то к нам двоим.
— Свои люди вошли в этот огрызок совета? — уточнила Астара.
— Разумеется. Лорд Арнарах — само очарование: предан королю, служит линии Мардона, уверен, что южане распоясались, но регулярно делится тревогами со мной. Спасибо Мотылю.
— Не мне, — буркнул Мотыль, не отрываясь от бумаг. — Собакам. Ты, между прочим, не хотел их ставить на содержание.
— Лорд Дарвен Эленфар, несмотря на западную натуру, тяготеет скорее к нам. Специфичен, конечно, но не глуп — особенно в вопросах завтрашнего дня и персональной охраны. Публично любить меня не станет, зато за вчерашним ужином уже счёл нужным поделиться тем, что услышал в кулуарах.
Айман сделал паузу, будто отвлёкся. На деле вспомнил, сколько бессвязной чепухи успела наговорить Марилен. К счастью, Дарвен относился к женским репликам с тем же вниманием, что к шороху шёлка.
— Так что, если Совет примет хоть одно решение — мы узнаем. А если решит просто говорить в темноте, мы всё равно будем сидеть рядом. Иногда полезно оказаться чуть ближе к дверям, чем хотелось бы.
— И что они уже предприняли? — спросила Астара тоном, где надежда услышать оригинальную мысль от правящей верхушки умерла ещё до рождения.