Неделю назад Карнар потребовал у канцелярии перечень связей для расследования. В тот же вечер Мардон направил встречный запрос о финансировании тайных групп. Имена не звучали, но цели угадывались без труда. Каждый считал, что опережает соперника. Айман же знал: стоит им назвать вещи вслух, и завеса упадёт, спектакль станет необратимым.
Стравить их было решением редким: умным, своевременным и с лёгкой примесью трагикомедии. Два зверя в одной клетке. Один прячет страх за красивыми оборотами, другой прям, как удар клыка, и презирает украшения. Их схватка была неизбежна. Он лишь дал знак поднять занавес.
Только сроки подвели. Это должен был быть план на недели, а остались дни. Положение менялось по вспышкам: утром новый донос, к вечеру минус один прежний союзник, ночью корректировка схемы, к рассвету очередная мерзость, притворяющаяся возможностью. Что можно было сделать быстро, уже сделано: куплены, слиты, вызваны, запущены. Остались откаты, ответы и инерция. Времени не хватало катастрофически, и всё чаще казалось, что у Карнара в сутках не двадцать четыре часа, а тридцать шесть, и все они посвящены тому, чтобы вежливо сковырнуть Аймана с должности, не запачкав манжет.
Астара была рядом. Чуть ближе, чем дозволено. Она старалась без приказа, по собственной воле, он видел это и не обесценивал. Но знал: всё это — пока он полезен. Система, которой они служили, не терпела слабых мест. Поэтому оставалось одно: не упасть. Держаться. Думать.
И да, снова Айрис, потому что судьба, видимо, решила добавить к политическому кризису личный, чтобы не пропадал вечер.
Она явно переигрывала. Сначала позволила. Ответила. Не взглядом — телом. Как женщина, а не как родственница или пион в его раскладке. Потом отступила быстро, с чопорностью, будто вернулась в границы, которые сама же отодвинула под его напором. Сцена с Талегоном в саду, вопреки прямому запрету. Организовала, конечно, Марилен. А Айрис использовала. Как всё, что ей дают.
Айман не злился. Усталость оттеснила гнев. Осталась мысль: ещё немного и всё. Провал или выход. А пока пусть будет она. Временное решение для человека, у которого кончились постоянные.
Первый шаг — поднять волну. Пусть говорят, что Карнар не просто роется под канцлера и Совет, а приглядывается к самому трону. Реорганизация, это слово так любят люди, которым нужно закопать живого соседа под видом благоустройства. Король ненавидит туман, Совет — перемены, Мардон — конкурентов. В мутной воде легче избавляться от лишнего груза. Если Карнар пойдёт ко дну, никто не станет уточнять, кто всколыхнул реку.