Несколько лордов кивнули. Одни слишком быстро, другие с запозданием, третьи просто испугались, что шея без дела выглядит нелояльно. В Совете вообще многое решалось кивками: страна могла рушиться, но если головы двигались в правильном ритме, протокол выглядел обнадёживающе. Айман заговорил не сразу. Позволил тишине лечь на стол, как нож:
— Прошу прощения, — произнёс он мягко. — Мне кажется разумным уточнить одну вещь. Когда мы обсуждали реформы, цель была ясна: упорядочить, стабилизировать, защитить. Но теперь в оборот вошли новые формулировки: «подавить», «ужесточить», «изъять». Звучит решительно. Почти красиво. Обычно именно так начинается попытка вынуть из живого тела органы и удивиться, что оно стало хуже ходить.
В дальнем ряду кто-то кашлянул от внезапного желания не быть замеченным живым.
— Морские и речные лорды уже ведут между собой диалог, — продолжил Айман. — Пока именно диалог, а не заговор, что для нас, полагаю, приятная экономия на казнях. Но они обсуждают внутреннее объединение. Не требуют автономии, нет. Просто начинают желать, чтобы столицу представляла не каждая гильдия напрямую, а одна согласованная структура. В Нимбрасе. Или Эрданнисе.
Мардон побледнел, но быстро ухватился за голос. Старые интриганы иногда теряют равновесие, но язык у них падает последним.
— Простите, но я не могу не отреагировать. Советник Калнартирион выражает сомнение в реформах, которые поддерживались всеми присутствующими. Да, Нимбрас и Эрданнис берут на себя слишком многое. Мы десятилетиями позволяли провинциям действовать в рамках расширенного доверия: говорить от себя, вести переговоры, формировать бюджетные предложения без предварительной сверки со столицей. Полномочия остались без узды. Это не свобода — это забытая ответственность.
Он сделал паузу, чтобы слова впитались в зал. Впитались плохо, как дешёвое вино в дорогую скатерть: пятно есть, пользы нет.
— Я предлагаю ввести обязательную ревизию доходов и обязательств всех крупных лордов, вне зависимости от рода и заслуг. С привлечением казначейства, военной инспекции и Совета. Лояльность должна подтверждаться делом. В королевстве нет власти, кроме той, что исходит от трона. Кто хочет её делить, должен доказать, что заслуживает хотя бы крошки.
Два лорда одобрительно загудели. Айман отметил обоих: Калхар из Арданнела, старый прагматик, готовый целовать любую руку, пока на ней печать, и Кирион Элатан из южного Ринделлоса, юный настолько, что ещё считал охоту увлекательной, пока не понял, что сам похож на дичь. Айман поправил перо перед собой, будто обсуждали не судьбу провинций, а качество чернил: