— Х-хорошо.
Она чуть задирает подбородок и скользит взглядом по моему лицу, будто пытаясь понять, насколько я адекватен. Скорее настороженно, чем с интересом.
И это вполне логично, учитывая, что никаких подвижек с моей стороны не было до сегодняшнего момента. Их бы и не появилось, если бы этот вечер не выдернул меня из привычного состояния.
— Сообщи потом о результатах, — прошу напоследок.
— Сообщу, — шепчет одними губами.
— Тогда по рукам. Договорились.
Я нахожу салфетки, пытаясь помочь Ане вытереться, но она забирает их, избегая прикосновений и всем видом давая понять, что мне лучше выйти.
Покидаю ванную в каком-то пришибленном состоянии. Иду на кухню, жадно пью воду, сжимая бутылку до хруста. Я не курю, но сейчас затянулся бы, не раздумывая.
Анна
— Мам, только, пожалуйста, не нужно дополнительно кормить Алису, — предупреждаю я, мечась по квартире и собираясь на приём в больницу. — Меня не будет всего два часа. Ни водичку, ни, тем более, молоко или сок.
— Хватит повторять, как попугай. Я запомнила ещё с первого раза.
Вижу, как на лице приёмной матери мелькает раздражение, и понимаю, что перегнула с наставлениями. Я бы с радостью оставила дочь с кем-то другим. Со свекровью, например. Но у неё свои дела и работа.
Неделю назад Константину Сергеевичу сделали серьёзную операцию. Он всё ещё слаб и нуждается в постоянном уходе, поэтому дёргать Юлию Владимировну по пустякам казалось мне неправильным. Тем более — по такому поводу. Это… не критично.
— Если что, сразу звони, — прошу маму, закрывая за собой входную дверь.
У подъезда уже стоит такси. На улице тепло, лёгкий плащ чуть колышется от слабого ветра.
До больницы я добираюсь всего за двадцать минут — раньше назначенного времени, миновав пробки и позволив себе заглянуть в кофейню у входа за латте с нежной, воздушной пенкой.
Вообще-то я давно должна была появиться у гинеколога, потому что после родов прошло уже больше двух месяцев, но из-за загруженности всё никак не удавалось выбраться. Решение записаться на приём продиктовано вовсе не предложением Паши, озвученным неделю назад. Абсолютно не им.
Выбросив стаканчик в урну, открываю стеклянную дверь и оказываюсь в знакомых стенах больницы, где когда-то стояла на учёте по беременности. В первые месяцы казалось, что жизнь кончена, а на самом деле она всего лишь сменила траекторию, но не остановилась.
— Аня, рада видеть! — приветствует меня Оксана Станиславовна, когда я заглядываю в кабинет. — Чудесно выглядишь!
— Надеюсь, то же самое вы скажете моей матке, — улыбаюсь в ответ.
— Если внешность совпадает с внутренним состоянием — всё прекрасно. Более чем уверена. Раздевайся, располагайся, будем смотреть.