Паша бросает на меня беглый взгляд, поймав мой как раз на нём. Я быстро отворачиваюсь в окно, вдавливая ногти в ладони и нервно ёрзая на сиденье.
— Это не обязательно — брать отпуск. Твоя мама сказала, что возьмёт. И моя будет наведываться. Как-то справимся.
Не знаю, буду ли я услышана, потому что Бессонов всегда поступает по-своему, но о будущих планах не спорит.
Он с лета работает инженером по прикладной кибербезопасности в одной из компаний, которая открыла филиал в нашем городе. После получения диплома должна была состояться релокация, но Паша выбрал остаться. По крайней мере, до того момента, пока я не рожу и наша дочь не подрастёт. А потом можно будет и развестись, и переехать. Можно будет что угодно.
Припарковав машину на стоянке, Паша выходит первым, обходит капот и открывает мне дверь. Я запахиваю куртку, сжимаю зубы и вкладываю ладонь в его руку. По пальцам тут же пробегает покалывающий ток.
У меня заключён договор с замечательным акушером-гинекологом в лучшем роддоме столицы. Здесь новое оборудование, одноместные палаты и внимательный персонал. Я была на экскурсии буквально пару недель назад и осталась более чем довольна.
Сняв верхнюю одежду в гардеробной, мы с Пашей идём по коридору. Вернее, я немного впереди — потому что знаю, куда идти. Налево, прямо, в самый конец.
У кабинета пусто. Сделав вдох-выдох, я даю мужу последний шанс остаться на скамейке и подождать снаружи, но он решительно толкает дверь и пропускает меня внутрь.
Оксана Станиславовна — врач, которая будет принимать у меня роды, встречает нас с широкой улыбкой и снимает с меня половину напряжения. Она молодая и классная. Сразу подобрала простые, но нужные слова, и я поняла, что могу ей доверять.
— Ложись на кушетку, Ань, — предлагает Оксана Станиславовна. — Папа может занять место рядышком.
Мне немного дико поднимать свитер почти до груди, особенно когда Паша устраивается на стуле, широко расставив ноги и уперев локти в колени. Поза мужская, уверенная. Слегка доминирующая. Он занимает собой слишком много места. Больше, чем я привыкла.
Врач наносит подогретый гель на живот и прижимает к нему датчик.
— Так… матка в тонусе, но в пределах нормы. Плодное предлежание — головное. Сердцебиение стабильное, 145 ударов. Вес — ориентировочно два семьсот, плюс-минус. Движения активные, шевелится хорошо. Плацента по задней стенке, воды в пределах нормы.
Она делает паузу и чуть поднимает брови, глядя в экран.
— О, кстати, петли пуповины на шее больше нет.
— А что, была? — впервые откликается Паша, заметно хмурясь.