На соседнее сиденье падает Никита, кладёт руку на спинку моего сиденья и, слегка наклонившись, тихо сообщает:
— Капитан, там это… жена твоя пришла.
Резко дёрнув головой, чувствую, как сердце сбивается с ритма, прежде чем осмотреться.
В проходе между рядами, я замечаю знакомый силуэт, подсвеченный закатным солнцем. В эргорюкзаке на груди у Ани — наша дочь. Рядом стоит Лика, щурясь и прикрывая глаза ладонью.
Я встаю и пробираюсь вперёд, ощущая, как ноги работают быстрее головы, несмотря на травму. Каждый шаг отдаётся болью, но она тонет в адреналине.
Я сам позвал жену на матч, но до последнего сомневался, что она воспримет это приглашение всерьёз и приедет.
Преодолев расстояние в считанные секунды, оказываюсь рядом и притормаживаю, пытаясь перевести дыхание.
— Мы с Ликой застряли в пробке, — улыбается Аня. — Совсем немного не успели.
Заняв места в верхнем ряду почти под самый финал, я беру дочку на руки, чмокаю в пухлую щёку и поворачиваю её лицом к полю.
У Алисы Павловны сейчас тот возраст, когда всё вокруг в новинку, и каждый шум или вспышка света отражаются на лице удивлением. Я размягчаюсь, и вся моя набыченность в один миг слетает, будто её и не было.
— Чуть подрастёшь, научишься бегать — и будем вместе гонять мяч, — говорю размеренно, пока дочка вертит головой по сторонам. — А когда начнёшь забивать голы, куплю тебе бутсы со стразами и футболку с надписью «папина гордость номер один».
Аня ставит сумку на соседнее сиденье и переводит взгляд на затылок Марины, устроившейся впереди, а потом — на меня. В её реакциях нет ни ревности, ни тени раздражения, ни того скрытого укора, который мог бы навалить мне отрезвляющих пощечин. Это путает ещё больше.
— Мне уже сказали, что ты забил гол, — произносит она. — Значит… это всё-таки был миф?
Я улыбаюсь в ответ, замечая, как её щёки розовеют: и я, и она вспоминаем об одном и том же — о сексе.
— Разумеется, миф.
Анна
Ремонт в студии идёт в бешеном темпе, завершаются чистовые работы, и почти все выходные я провожу с Алисой одна. Чтобы мы не заскучали, Паша то отвозит нас к своим родителям, то к моим. К моим — реже, потому что каждый такой визит превращается в поток поучений и расспросов, после которых устаёшь сильнее, чем от недели забот.
Но, справедливости ради, скучать там точно не приходится. Летом хватает дел. То прополоть грядки в огороде, то собрать черешню в саду, то помочь маме с закрутками. А вдобавок — ещё и церковные хлопоты, которые отнимают не меньше сил и времени.
— Значит, отдых в детском лагере тебе понравился? — спрашиваю Катюшу, развешивая на улице выстиранное бельё.