Глава 76. Стрелка лжёт
Страница 166 из 170
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 76. Стрелка лжёт

Страница 166

Глава 76. Стрелка лжёт

На первом стыке её качнуло, и она схватилась за поручень левой рукой, а правой прижала к груди отцовские часы, и поняла, что держит их так, как держала в детстве куклу, когда Пфайферша кричала на лестнице.

Потом второй стык. Третий. Колёса Кляйбера стучали ровно. Трибуны поплыли влево – белые, пёстрые, с флагами, с лицами, которые сливались в одно длинное лицо с тысячей ртов. Она видела только одно лицо – внизу, у ограждения, в кресле на колёсах. Генрих не махал, не кричал. Он смотрел на неё. И когда «Ласточка» прошла мимо, он повернул голову ей вслед, медленно, как поворачивается стрелка за магнитом.

Потом трибуны кончились.

– Восемь вёрст, – сказал Кох, не оборачиваясь. – Держу.

Он стоял у регулятора, широко расставив ноги, в фартуке, в кепке козырьком назад, как стоят машинисты, которые двадцать лет водили маневровые по станционным путям и ни разу – по кругу перед министром. Лотар у топки кидал – мелко, ровно, по углам, по центру, по углам. Элиза стояла между ними, у переднего листа будки, где на котле был манометр. Отцовский. С «Г. В.» под осью.

Шесть атмосфер.

– Прибавь, – сказал Кох.

Лотар прибавил.

Справа, за двадцать шагов, параллельно, шла «Кайзерин». Её выпустили с флажка одновременно. Зелёная с золотом, высокая, с колоколом, который звонил на каждом повороте – машинист Рейна дёргал верёвку, будто на ярмарке, – она шла легче, быстрее, на шести колёсах, и труба её выбрасывала дым густыми белыми клубами, красиво, как на картинке. Элиза видела в её будке Эриха – рыжего, в синем комбинезоне, у манометра. Он смотрел вперёд. Не на неё.

Пруд. На берегу – мальчишки, человек десять, босые, в закатанных штанах; они бежали вдоль пути, сколько могли, и кричали что-то, и один упал в воду, и остальные засмеялись, и это было последнее, что она видела отчётливо, прежде чем всё сузилось до будки, топки и стрелки. Казённая роща. Тень от деревьев легла на будку и ушла. Запах прелой листвы, сырой, весенний, на секунду перебил запах угля, и она вспомнила, что отец водил её в эту рощу за сморчками, в мае, каждый год, пока мать была жива, и учил отличать сморчок от строчка: «Сморчок – как соты. Строчок – как мозги. Не путай. Перепутаешь – умрёшь. Всё на свете так: похоже, а не то». Ей было шесть. Она тогда не поняла, при чём тут всё на свете.

Поворот.

Шесть.

– Прибавь, – сказал Кох.

– Я прибавляю, – сказал Лотар. – Я третий раз прибавляю. Огонь – белый. Белее нельзя.

Элиза посмотрела в топку. Огонь был белый. Ровный, жаркий, такой, какой бывает в хорошей топке при хорошей тяге на восьми атмосферах. Не на шести.

назадназад
1 ... 164 165 166 167 168 ... 170
впередвперед