На перспективу, значит…
Я понимаю, что такому целеустремлённому человеку, как мой муж, необходимо ощущение движения и роста. Поэтому, чтобы искать пути быть вместе, мне придётся уступать. Очень-очень сильно уступать. Для меня эта потребность — не главная. По крайней мере, не на первом месте. Я могла бы попросить Пашу не переподписывать контракт, но заранее знаю, что не стану.
Просто не стану…
Наши ладони соприкасаются в воздухе.
Я бы с удовольствием повалялась в тёплой постели, ещё не остывшей после секса, целую вечность, но во второй раз звонит будильник, просыпается Алиса, и нам буквально приходится отлипнуть друг от друга.
На завтрак — бутерброды и чай. Приготовить что-то более изысканнее я просто не успеваю, потому что телефон разрывается от звонков свёкров, которые, вопреки просьбам, тоже решили приехать, чтобы проститься перед отлетом, хотя Паша строго велел родителям оставаться дома.
Дорога до аэропорта занимает примерно час.
Я сижу, как на иголках, пока дочку развлекает Паша, рассказывая ей, как летают самолёты и какое будет расстояние между нами. Не знаю, что именно так увлекает Алису — тон, мимика или всё вместе, но она тянет к нему руки и широко улыбается, не обращая внимания на затяжную пробку.
В здании аэропорта нас уже ждут родители. Чуть позже к нашей компании присоединяются Антон и Лика.
В кольце родных и близких становится шумно.
Антон показывает Паше что-то на телефоне, Лика рассказывает Юлии Владимировне о предстоящих родах, а Константин Сергеевич шутит, стараясь развеселить всех.
Его политическая карьера уже позади. Теперь на первом плане — здоровье, ставшее особенно хрупким после инфаркта. Но, насколько я знаю, свёкор не из тех, кто способен усидеть на месте без дела. Наверняка он найдёт способ остаться в информационном поле. Возможно, даже возьмётся за написание книги.
В этой суете, в этом уютном, но слишком шумном хаосе я чувствую эгоистичную нехватку времени, тишины и уединения. Нехватку прикосновений. До зуда под кожей.
— Веди себя прилично, — говорит Константин Сергеевич, похлопывая сына по плечу. — Стоп-кран не трогай, с пилотом не спорь. И не забудь отзвониться, как долетишь.
Следом за ним Пашу обнимает Юлия Владимировна, раздавая уже менее шутливые наставления.
После неё — новоиспечённые молодожёны, которым самим вскоре лететь на отдых. В медовый месяц. В Таиланд.
Я передаю Алиску крестной, смотрю на электронное табло и пытаюсь вчитаться в названия рейсов, хотя буквы сливаются в одно размытое пятно.
Когда Паша подходит ближе, обходя Антона, я не сразу собираю всю концентрацию, чтобы поднять на него взгляд. Чтобы выглядеть спокойно и невозмутимо на глазах у присутствующих. Тем более, как мне казалось, в спальне мы попрощались более чем достаточно. Более, чем горячо, чтобы не прощаться уже здесь.