Мне удалось получить ответы на многие вопросы, но не на главный. По той простой причине, что я просто не успел его озвучить. Хотелось отодвинуть развязку подальше, наслаждаясь тем, что есть. Шлёпнуться с небес на землю успеется всегда, а то что это может случиться нельзя исключать.
Потратив час на езду и опустошив бак с бензином до критической отметки, я паркуюсь через дорогу от студии.
В салоне тишина. Сначала негромко играла музыка, но я вырубил её нахер, потому что ни одна песня не попадала в настроение, которое со вчерашнего дня или даже раньше остаётся раздёрганным.
Алиса Павловна просыпается не в духе. Ворчит и извивается юлой, недовольная сковавшими её ремнями безопасности.
Беру сумку, куда заранее бросил запасную одежду, подгузники и пюре, освобождаю дочку и направляюсь к студии. Правда, идём мы недолго. Стоит перейти дорогу, она уже рвётся на землю, и я веду её за руку каким-то получерепашьим шагом.
Внутри помещения есть изменения, которых я раньше не видел.
Вроде бы мелочи, но слишком заметные, чтобы их игнорировать. Новая расстановка мебели, фотографии на стенах, стеллажи. Я кручу головой, отмечая каждую деталь.
— Ой, а кто это у нас такой хорошенький! — подлетает к Алисе высокая рыжеволосая девушка.
Кажется, то ли Даша, то ли Дарина.
Из всей команды, с которой работает Аня, я запомнил наверняка только одно имя. И то мужское.
— У нас последняя съёмка, скоро сворачиваемся, — говорит девушка, поднимая глаза. — Вам помочь, да?
Не успеваю я согласиться, как Алису уже окружают со всех сторон. Снимают шапку, комбинезон. Развлекают первыми попавшимися игрушками, пока я стаскиваю куртку и натягиваю бахилы.
Коробку с тумбой, которую нужно собрать, нахожу в общем зале, и вместе с ней взглядом нахожу Аню. Она работает, стоя коленями на циклораме, полностью погружённая в процесс.
На ней белый свитер с вырезом на груди и чёрные облегающие джинсы. Волосы собраны в высокий пучок. Моя жена перекрикивается с Андреем через весь зал, чтобы синхронизироваться.
Насколько они синхронизировались в личном я, в принципе, в курсе. Меня никто не спрашивает, нравится мне это или нет, и это вполне закономерно, но это не мешает мне воспринимать его как грёбаный источник раздражения.
Дарина приносит мне инструменты.
Я закатываю рукава, сажусь на диван и приступаю к сборке, пока ребёнком занимаются няньки. Наша, к слову, ушла в отпуск. Ей сказали, что я прилетаю, и её помощь в ближайшее время нам не понадобится.
Ставлю перед собой основу, размечаю точки под крепления. Стараюсь не шуметь и не мешать, но едва поднимаю голову, как ловлю цепкий взгляд зелёных глаз, где мелькает удивление, быстро сменяющееся радостью.