Хотя искренне считаю, что штамп в паспорте не делает брак настоящим, а его отсутствие не гарантирует свободы. Потому что люди сами решают, где начало, а где конец отношениям. Не печатями, а словами.
Это уже из личного опыта.
— Спасибо. Я… ненадолго вырвалась, — торопливо объясняю Андрею. — Скоро начнут приезжать гости.
— Да, в курсе. Праздник в два, верно?
— Ага, — киваю. — А у тебя сегодня съёмки того короткометражного проекта, который ты готовишь к фестивалю?
— Похоже, у нас перекличка, — усмехается Андрей, разводя руками.
— Или я просто нервничаю.
— Не нервничай. Беги, а то простудишься. И передай Алиске привет.
В растерянности я отступаю на шаг, а потом набираю полную грудь воздуха и всё же делаю шаг вперёд, касаясь его щеки губами. Мимолетно, в знак благодарности.
Чувствую, как Андрей чуть напрягается, словно не ожидал, но всё же мягко обхватывает меня за шею ладонью без малейшей попытки задержать.
Со своей дочерью я его, разумеется, не знакомила. Но это не значит, что мне неприятно, что он помнит о её дне рождения.
Приятно. Очень.
Я разворачиваюсь и собираюсь перебежать дорогу, но мимо меня на приличной скорости проносится машина свёкра.
До меня доходит, что за рулём был Паша, только когда я открываю ворота и вижу его фигуру, склонившуюся над багажником. Ещё я замечаю два букета. Один побольше, другой поменьше.
Издалека сложно определить сорт, но, пожалуй, это пионовидные розы. А ещё мне кажется, что один из букетов предназначен мне. Чисто по логике…
Пока я закрываю ворота, Бессонов уже уходит на задний двор. Мы не пересекаемся в доме, когда я поднимаюсь на второй этаж. Ни на лестнице, ни даже в детской. Хотя я жду свои цветы.
Когда начинают съезжаться гости, я спускаюсь вместе с Алисой.
Мы обе в нарядных нежно-розовых платьях. У нас одинаковый фасон, такой себе фэмили-лук, но вместо пышной юбки у меня приталенное миди с разрезом сбоку. Скажем так, более взрослая версия.
Среди первых гостей появляются Лика с Антоном. Антон сразу находит Пашу, и они быстро завязывают разговор.
Я наблюдаю за ним через весь зал, параллельно курируя официантов, которые сервируют стол. Несмотря на гору дел, ловлю себя на том, что по-прежнему жду свои цветы. Жду даже тогда, когда за последним гостем закрывается дверь и начинается фотосессия.
Мысль о том, что цветы могли передарить Юлии Владимировне, я отметаю. Их просто нет. Дочкины стоят в вазе на барной стойке, а моих нет.
Паша располагается в самом центре фотозоны рядом со мной и Алисой. Он в белой футболке-поло и джинсах. Меня слегка потряхивает, когда я передаю ему дочь, а фотограф просит нас встать чуть ближе друг к другу.