Маленький дом находится в задней части большого владения, с большими деревьями, стоящими, как защитники, рядом с ним, их листья как друзья. Он кажется новым, пахнет свежей краской и свежими лимонами внутри. — Ты будешь жить здесь, — говорит змеиный король. — Ты будешь в безопасности и под присмотром, пока учишься своим навыкам.
К тому времени, как я покидаю этот дом и меня выпускают в мир, он оказывается испорченным моей силой. Балки начинают расщепляться под моими тенями, окна трескаются от напряжения. И во время одного неосторожного превращения мой хвост пробивает дыру в потолке. Моя неуклюжая попытка залатать ее означает, что каждый раз, когда идет дождь, она протекает.
Проходят годы, прежде чем я возвращаюсь в это место, и когда я это делаю, в нем живет кто-то другой.
Глава 46
Аурелия
Я просыпаюсь с испугом, запутавшись в четырех наборах голых конечностей, последний образ из сна врезался в мой мысленный взор, заставляя мое сердце биться со скоростью тысячи миль в час.
Этот сон. Мой домик.
Острое осознание бурлит в моих венах от осознания того, что это меняет всё. И все же это каким-то образом ничего не меняет.
Мой домик изначально был домом Упыря.
Мой отец привез его оттуда, из такой далекой страны, что я не знаю, сколько из этого он помнит. Когда его силы проявились, он, вероятно, не знал, как их контролировать, и нанес большой ущерб, заставив свою семью изолировать его.
Упырь был один с самого начала. Был единственным известным василиском с самого начала. Он был точно таким же, как я. Когда Упырь прибыл в город, я все еще жила в Особняке Нага. Все еще ходила в школу, вела нормальную жизнь. Мой разум возвращается к ночи фальшивой помолвки и собственнической руке лорда василиска вокруг меня, когда мы входили в особняк Нага вместе. Странное чувство, которое я испытала в глубине души. Ощущение другой жизни, другого времени. Другой возможности. Неожиданная боль в моем сердце заставляет вину скользнуть по мне.
Коса садится, Дикарь не отстает ни на секунду. — Твое дыхание, — говорит Коса, кладя руку мне на плечо. — Регина, тебе приснился плохой сон?
Руки Дикаря тоже находят мою кожу, когда я смотрю на свою акулу. Он ищет мой взгляд и, кажется, понимает, как всегда, что этот сон был не сном. Я тянусь к нему, обхватывая его шею рукой, и он притягивает меня к себе, его идеальная татуированная голая кожа — успокаивающее убежище для моей. Он убирает мои волосы и проводит губами по моей брачной метке. Я вздрагиваю в его объятиях. Дикарь пододвигается ближе, чтобы согреть меня со спины. Между ними двоими я чувствую себя как дома больше, чем где-либо еще. Это успокаивает мое сердце и боль от знания, которое я только что получила.