Где-то в ночи моя Регина шепчет: — Я люблю тебя.
Я не знаю, с кем она разговаривает, но я принимаю каждый дар, который она мне дает. — Я всегда любил тебя, Регина. С первого дня, когда я встретил тебя в темнице Халфизера.
— Мне страшно, — шепчет она. — И я устала. Думаю, с меня достаточно, Дикарь.
Ее щека так мягка под моим большим пальцем, и я смотрю на ее лицо, опущенное вниз. Она взяла на себя слишком много. — Это несправедливо, Регина, — шепчу я. — Но мы исправим это, если это будет последнее, что мы сделаем.
— Это то, чего я боюсь.
Глава 82
Аурелия
Я просыпаюсь единственным способом, которым хочу, — между тремя парными. Ксандер в душе, пар струится через открытую дверь, звук воды, как приятный барабан в моих ушах. Коса и Дикарь по обе стороны от меня, а Лайл обнимает мои ноги во сне, банка мази «Тигровый бальзам» отброшена в сторону. Тупой боль в моем животе вернулась, и мне нужно в туалет.
Осторожно я высвобождаюсь из объятий моих парных, но требуется всего несколько секунд, чтобы все проснулись и насторожились. Такова теперь наша жизнь? Оглядываться через плечо на каждом шагу?
Когда я заканчиваю с гигиеной и едой, Лайл забирает мою пустую тарелку, а Коса садится рядом со мной за обеденным столом. — Нам нужно многое обсудить, Регина, — говорит он, ледяные глаза сверкают в осознании и наблюдении за мной.
— Я согласна. — Я кладу руку на его. — Могу я сначала увидеть своих друзей, пожалуйста? Мне нужно с ними встретиться.
Уголки его губ подергиваются, и он гладит мою щеку тыльной стороной пальцев. — Тебе не нужно разрешение от меня ни на что, ты знаешь.
Я устало улыбаюсь в ответ. Ксандер и Дикарь предлагают проводить меня вниз, в школу. Уже середина утра, и мы следуем за запахом Минни, чем-то вроде сладких благовоний и кардамона, по пустым коридорам к ряду комнат, в которых я никогда не была.
Впереди я заглядываю в квадратное стеклянное окно, врезанное в дверь, и вижу, что это не классная комната, а кабинет консультирования. Сабрина, Минни, Стэйси, Клюв и группа студентов, которых я знаю только по виду, сидят в кругу на стульях. На столе три коробки с салфетками.
Дикарь указывает на печатный знак формата А4 рядом с дверью. — М-О-Т-Ф, — с гордостью произносит он. — Я не знаю этого слова, Регина. — Но весь воздух вышел из моих легких, и я обнаруживаю, что не могу вдохнуть. Мое зрение снова затуманивается, и я хватаюсь за живот, чтобы не вырвать завтрак. «Мы можем вернуться позже», — встревоженно говорит Дикарь.
Ксандер застыл рядом со мной, и я хмурюсь, пытаясь моргать сквозь слезы. — Нет, я думаю, мне стоит войти. Встретишь меня здесь позже.