— Третий этаж, — всхлипываю я сквозь сжатые зубы. — Быстрее. — Но он уже поднимается по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки, его дыхание тяжелое, руки крепко сжимают меня. Через картину, говорю я ему. Вниз по винтовой лестнице, от которой у нас обоих кружится голова. — Брось меня туда, — хриплю я.
Конечно, он не слушает, а осторожно опускает меня. Но я обращаюсь, как только чувствую запах соленой воды, и Клюв, никогда не видевший этой моей формы, кричит в изумлении.
Но я свободна. Я неподвижна, и эта форма позволяет мне *дышать*. Вода идеально, полностью окутывает меня. Коса всегда был прав насчет этого. Под водой — единственный настоящий покой. Хотя мой голос безмолвен в темноте, его ритм — лишь рябь в этом канале под академией, которая так любовно укрывает меня, я знаю, что он посылает свой сигнал в небо.
Они могут гарпунить меня. Они могут осыпать меня пулями. Они могут даже забрать мою семью. Но каждый раз я буду восставать снова и снова. Они узнают, почему я Регина стаи Костеплет. Моя линия *не* закончится со мной.
Глава 19
Ксандер
К тому времени, как мы прибываем обратно в комплекс, я знаю, что что-то изменилось. Дикарь тихо скулил у шеи Лайла. И даже рыча, Лайл обнимает нашего волчьего брата, его жесткий взгляд устремлен на спинку водительского сиденья, где сидит Коллекционер, нажимая на педаль газа. Я в драконьей форме, лечу над колонной, как мне и было приказано.
Готов поспорить, он даже не знает, почему ненавидит ее. Заклинание достаточно сильное, чтобы давить на их психику, но есть слой под ним, который оно не может достичь. Что-то глубоко в душе говорит Лайлу, что он находится во владениях своего врага. Коса холоден на своем месте, но в нем появилась новая жесткость, которую я замечаю, летя низко рядом с дорогой, под достаточно острым углом, чтобы видеть его ясно. В его темной ауре появилась трещина, что-то вроде света, пробивающегося наружу.
Интересно, есть ли временной лимит у этого проклятия. Интересно, не ослабевает ли оно.
Кость моей Регины — один из самых сильных магических предметов на планете, несомненно, и то, как они использовали ее против нее, кричит о несправедливости. Когти раздирают мою грудь, когда я думаю о ней, надеясь, что она добралась до дома живой. Из разговоров Катерины с Мейсом я знаю, что кто-то пришел за ней в небе. Какой-то план был приведен в действие. Я напрягал слух, когда мы уезжали, используя все свои чувства, чтобы обнаружить ее. Возможно, она осталась рядом, чтобы увидеть последствия своего появления?
Но не было ничего, что можно было бы уловить. Ни выстрелов. Ни рева в ночи. Я думал, что, возможно, почувствовал что-то глубоко в груди, но в небе не было ничего, чтобы это подтвердить. Гримасничая, мы уехали в направлении, противоположном академии.